-- Пусть сестра заботится о томъ, что до нея касается.
-- Она вѣроятно считаетъ, что вы и ваше здоровье до нея касаетесь,-- холодно отвѣчаетъ онъ.
-- Во всякомъ случаѣ, вамъ-то до меня дѣла нѣтъ ровно никакого,-- грубо возражаетъ она.
Онъ поворачивается и уходить, не говоря ни слова.
"Пусть ее простудится до смерти, бѣда не велика", бормочетъ онъ про себя, закуривая вторую сигару. Не прошелъ онъ и нѣсколькихъ ярдовъ, какъ слышитъ за собой шаги. Прелестное, озаренное луной, личико съ улыбкой глядитъ на лего.
-- Зачѣмъ вы уходите?-- спрашиваетъ она тихимъ голосокъ, какъ-бы стыдясь своихъ словъ.
-- Я не собаченка и не Фридрихъ Уэстъ.
-- Я была невѣжлива. Да?
Отвѣта нѣтъ.
-- Я вѣдь, кажется, часто бываю невѣжлива.