-- Хорошо, все хорошо, -- с улыбкой отвечал доктор.
-- Внучка-то моя, Софи, хорошо ли ухаживает за больными?
-- Образцово!
-- Она все придет и говорит об этом... поручике...
-- Клычеве?..
-- Да, о Клычеве... У него, ведь, обе ноги ампутированы?.. как и у моего мужа, покойного, было...
-- У Клычева одна нога ампутирована, Варвара Петровна, -- разъясняет чуть ли не в сотый раз Павел Николаевич старой барыне, которая теперь уже много забывала и почти все путала. -- Левая нога ампутирована, а правую подлечим. А вместо левой такую ему искусственную сделаем, что хоть мазурку танцуй, хоть верхом на лошадь и опять к пушкам.
Когда Клычева привезли лазарет, обмыли в теплой ванне и уложили в постель, он раскрыл глаза, осмотрел людей, окружавших его койку, и снова закрыл глаза, ничего не сказав. Как будто только взглядом поблагодарил всех, кто о нем заботится, и опять погрузился в мир своих дум, представлений и видений. Ay него был этот второй мир переживаний, как вторая таинственная для других жизнь. Неприятельским снарядом раздробило ему обе ноги: левую, выше колена, отняли еще там, в летучем госпитале, а правую принялись лечить и перевезли его в лазарет Варвары Петровны таким, безногим, молчаливым, с закрытыми глазами. И почему-то все в лазарете произносили его имя шёпотом: "поручик Клычев", как будто он уже умер, а там, где покойник, принято говорить шёпотом или тихо. Больной офицер, действительно, напоминал покойника: всегда почти лежал с закрытыми глазами. А когда в комнате, где он лежал, вдруг наступала тишина, поручик Клычев вдруг раскрывал глаза и внимательно осматривал потолок, стены. Взор его был немного печальный, но такой ясный, сосредоточенный и даже пытливый. Но как только поручик Клычев заслышит шорох или тихие голоса, веки его смежаются, и он опять словно уходит в свой таинственный мир никому неизвестных переживаний.
И никак не может разгадать этого особого таинственного мира больного офицера сестрица Сонечка. Долгие часы бессменно дежурит она у постели Клычева, сидит вся в белом, тихая, молчаливая и тоненькая такая и хрупкая. А глаза обведены темными кружками от бессонных ночей и лицо бледное, осунувшееся. Белокурые вьющиеся волосы выбиваются из-под белой косынки на голове, голубеют большие глаза с особенным внимательным выражением, словно они всегда перед какой-то новой загадкой жизни, во что-то всматриваются, что-то хотят понять. Иногда в них печаль и мысли о далеком поле битвы, где убит был Володя. Иногда в них засветятся слезы и крупными прозрачными горошинами скатятся по бледным щекам.
Сидит Сонечка у постели поручика Клычева и часто кажется ей, что около неё лежит её страдающий Володечка. Ничем не похож Клычев на Володю: тот -- безусый, а у Клычева -- большие и длинные усы и подбородок давно не брит и щетинится колючими короткими волосами. У Володечки глаза серые, a y Клычева -- карие и большие. Володя был небольшого роста, а Клычев такой большой, широкоплечий. Ничем не напоминает Клычев Володи, а вот любит Сонечка сидеть у постели раненого офицера.