Всполошённые и перепуганные необычайным происшествием писцы усиленно заскрипели перьями.
* * *
На другой день ночью Черномордик был арестован жандармами. Вместе с ним пострадали и ещё некоторые члены из кружка молодёжи.
Черномордика обвиняли в пропаганде среди рабочих и приказчиков. Но как главное обвинение выставили против него агитацию "среди лиц, состоящих на государственной службе".
В обвинительном акте по делу Черномордика значилось, что он привлекается за организацию среди чиновников "преступного союза в целях борьбы с начальством".
Месяца через четыре Черномордика судили, и хоть и оправдали, но всё же выслали на три года в Вологодскую губернию.
Вскоре после скандала с Черномордиком, Брызгин, по совету самого генерала, стал держать чиновников в ежовых рукавицах: ни книг, ни газет читать не позволялось, да и излишние разговоры, помимо служебных, не допускались.
Сильнее, нежели на других, Черномордик произвёл впечатление на Ватрушкина, и он нередко, возвращаясь из палаты попутно с писцом Флюгиным, говорил:
-- Вот был смелый человек!.. Я понимаю, это -- личность!.. Да-с, личность, чёрт возьми!
-- Да-с, -- соглашался и Флюгин.