-- Бог знает, почему! -- ответил Брызгин, втайне довольный, что управляющий палатой определил новичка именно к нему, доверяя его опыту.
В день известия о новом служащем писцы угловой комнаты особенно часто отлучались в "курилку" -- и скоро все в палате знали, что "в стол" Брызгина определился новый писец, племянник знакомой дамы начальника.
-- И что это, право, будет? -- вздыхая, спрашивал Флюгин.
-- Что будет, что будет? -- передразнил его бойкий Ватрушкин. -- Работы будет меньше на каждого из нас, вот и только!
-- Оно так-то так... а только...
-- Ну, что "только"?.. Увидим, -- успокаивал Флюгина и Блузин.
Дня через два, часов в 10 утра, курьер палаты привёл в угловую комнату молодого человека лет 18.
Это был безусый брюнет, с коротко подстриженными волосами и розовыми одутловатыми щеками.
Острые тёмные глаза его почти всегда насмешливо улыбались, улыбка не сходила и с углов губ.
Держался он развязно, щеголяя новой визиткой и цветным жилетом.