Травин прекрасно помнил содержание этой речи. И тогда она произвела на него тягостное впечатление.
Товарищ Пётр отнёсся к словам дяди иначе и сказал:
-- Да ведь это же всем известно, дядя!.. Для чего же ты говоришь-то?
-- Всем известно, окромя вот таких как ты да вот господин студент... Я полагаю так: сколько вы, господа интеллигенты, не служите малым сим, т. е., рабочим, выйдет так, что вы не сольётесь с ними... Это ответ господину студенту Николаю Иванычу... А вот и тебе тёзка, ответ: ведь ты полтораста рубликов зарабатываешь в месяц... Ну-ка, поверю я тебе: поймёшь ты, положим, чернорабочего, который зарабатывает 50 коп. в день да два дня ходит без работы?..
-- Конечно пойму, -- блестя глазами, отвечал Пётр.
-- Поймёшь?.. Гм!.. Не знаю, поймёшь ли?..
Мирный разговор, обыкновенно, кончался ссорой Петра с дядей.
-- Да как же по-твоему жить-то?.. Чёрт тебя дери!.. -- горячился Пётр.
-- А так, как душа хочет... Хочет душа кричать "не убий" -- кричи, хочет "око за око" -- кричи!.. А так, чтобы все кричали "не убий!.." -- этого нельзя...
-- А кричать всем "око за око" можно? На этом ты сравняешь всех людей? -- горячился Пётр, шагая по комнате.