V.
Днем мы бродили по улицам и проспектам, заходили в кафе, чтобы подкрепить силы. Иногда и днем заходили в кинематографы, чтобы передохнуть. С тупым, не своим взглядом следил Ползунков за программами. Зато на улицах был зорок и все искал их. Я заметил, что мне удавалось иной раз разбивать мысли Ползункова и давать им иное, а не то болезненное и излюбленное им направление, которое, я боялся, может привести Семена Семеныча к худому концу.
Однажды, когда мы шли мимо Казанского собора, Семен Семеныч неожиданно отскочил от меня и быстро стал переходить проспект на солнечную сторону. Я поспешил за ним и дивился, как этот неуклюжий провинциал лавировал между мчавшимися экипажами и автомобилями. Он быстро проскользнул перед самым вагоном трамвая, и я слышал, с каким старанием звонил вагоновожатый, предостерегая Семена Семеныча. На минуту я даже потерял его из виду на солнечной стороне Невского, но, подходя к Доминику, увидел его выходящим из кафе.
-- Куда вы так стремительно исчезли? -- упрекнул я моего спутника, -- так неудобно!
-- Виноват!.. Мне показалось, что в ресторан вошел инженер Иванов... Оказался человек очень похожим на него, но не он.
Ползунков все же затащил меня в кафе. Хотя при входе и были свободные столики, все же он прошел в глубину комнаты, и мы присели к крошечному столику в углу.
Я понял, почему ему надо было занять именно этот столик: рядом сидел, уже уткнувшись в газетный лист, какой-то инженер-путеец, высокий, широкоплечий брюнет с темной эспаньолкой.
-- Вот этот, поглядите, очень похож на того Иванова, -- указал он на брюнета, -- только тот низенького роста и худенький такой. С бороды, пожалуй, похож, а остальное все другое. У Иванова глаза большие, наглые...
На другой день Семен Семеныч еще раз ошибся. Переходили мы Литейный у Невского. И вдруг Семен Семеныч, как и вчера, стремительно бросился к трамваю, который уже двинулся. Рукою он даже ухватился за медные поручни, но соскочил на ходу и едва не попал под экипаж извозчика, быстро мчавшегося от Невского. Как оказалось, и в трамвае на задней площадке Ползунков заметил господина, похожего на инженера Иванова.
Так и бродили мы с ним по улицам целыми днями. И я чувствовал, что делаю полезное дело, все же, хотя отчасти, оберегая его от рискованных шагов. Семен Семеныч слушался меня, как избранного им же сотрудника.