Но и это не смутило Моллера. Он тотчас, со свойственной ему болтливостью, принялся излагать городские и международные новости.
Тогда Никита Родионович, подмигнув Моллеру и выйдя из-за стола, поднялся к себе в мезонин.
Окончив рассказывать очередную сплетню, управляющий гостиницей тоже побежал наверх.
— Я вас правильно понял? — спросил он, войдя в комнату. — Вы хотите остаться со мной тет-а-тет?..
— Совершенно верно. Присаживайтесь... Я хочу с вами серьезно поговорить...
Сделав удивленную мину и пододвинув под себя стул, Моллер уселся против Никиты Родионовича.
— Скажу откровенно, — начал он, — я не люблю серьезных разговоров.
— Придется полюбить, — коротко бросил Ожогин и закурил.
— Если это вам доставит удовольствие, — рассмеялся Моллер и хлопнул рукой по колену Никиту Родионовича. — Но только с вами, а ни с кем другим...
— Я считал и считаю вас человеком умным, — начал Ожогин. Моллер кивнул головой в знак согласия. — Но ведете вы себя, по меньшей мере, глупо...