Волнение охватило друзей. Они покидали Германию, наступил долгожданный момент — возвращение на родину.
Сержант, ожидавший пассажиров у самолета, замахал рукой, торопя их. Друзья подошли вместе с офицером, который первый полез в самолет.
На крыльях машины были те же знаки, что и на обмундировании, — югославские.
Друзья молча переглянулись.
Закрылась дверца. Взревели моторы. Самолет задрожал, стоя на месте, а потом рывком устремился вперед по дорожке.
Ночевали в Будапеште из-за какой-то неисправности в моторе, обнаружившейся в пути. Сопровождающий нервничал, он приказал не выходить из самолета. Два раза появлялись советские офицеры, проверяли документы.
Уже на рассвете самолет поднялся в воздух. Сопровождающий успокоился. К нему вернулось благодушное настроение. Он вынул из планшета карту и принялся ее разглядывать. За этим занятием у него прошла остальная часть пути.
— Скоро Белград, — крикнул он на ухо Ожогину и показал на карте Югославию.
Друзья собрались у одного из двух небольших окошек. Под ними плыли сады, отроги гор, шоссейные дороги. Хорошо были видны далекие объезды у взорванных мостов, по обочинам стояли разбитые танки, автомат шины.
Летчик сбавлял газ. Теперь шум моторов не заглушал громкого голоса.