Менее чувствовались в "Символах" религиозные искания Мережковского. Правда, книга открывалась стихами "Бог":
Везде я чувствую, везде
Тебя, Господь, -- в ночной тиши,
И в отдаленнейшей звезде
И в глубине моей души...
Но смысл этого признания был, вероятно, темен и для самого автора...
Третий сборник стихов Мережковского, "Новые стихотворения" (1896 г.), гораздо уже по захвату, чем "Символы", но гораздо острее. Успокоенность "Символов" перешла здесь -- в постоянную тревогу, объективность более ранних стихов -- в напряженный лиризм. В "Символах" Мережковский почитал себя служителем каких-то "покинутых богов":
Мы бесконечно одиноки,
Богов покинутых жрецы...
За годы, прошедшие до появления "Новых стихотворений", Мережковский сам покинул этих богов и говорил о себе и своих соратниках: