Джем. Вы разрешите мне остаться. После, только что происшедшего было бы неосторожно вам принимать кого-либо наедине.
Орм. Никто не может остаться. Закройте все акустические трубы. Да! Так. Пригласите товарища и прощайте.
Джем повинуется, дает сигнал в лифт, сам входит в другой и опускается".
(Ед. хр. 15. Л. 10).
Однако несмотря на предусмотрительность Орма, события на Съезде Народов развивались не всегда в его пользу. Чрезвычайно напряженно обсуждался его проект порабощения Венеры. Особенно много возражений вызвал этот план у Ленна, одного из лидеров политической оппозиции Орма. Он высказал веские доводы против варварского истребления населения другой планеты, на какой бы стадии развития оно ни находилось. В первом варианте рукописи речь его более острая, раскрывает антигуманные основы в миропонимании Орма.
"Ленн. Товарищ Джем сказал сейчас, что мои слова неправда. Нет! Они страшная, зловещая истина. Зловещая потому, что они предрекают весь характер предложенной диктатуры. Товарищ Орм готов начать истребительную войну на Венере, потому что война вообще любезна ему. Потому что все его существо исполнено атавистическими стремлениями к империализму и монархизму. Потому что Орм -- аристократ по природе, аристократ, как то видно по всей его жизни, аристократ, полагающий, что есть особая каста людей, рожденных для власти, и есть плебс, годный лишь для работы. Уничтожить весь социальный строй, созданный тысячелетиями, вот тайный замысел Орма. Вновь разделить людей на господ и на рабов -- вот для чего ему нужна диктатура". (Ед. хр. 15. Л. 19).
Третье действие трагедии, во время которого и происходит заседание Съезда Народов, подверглось большой правке. В основном она носит стилистический характер, но иногда касается и сюжета. Так, в начальной редакции отсутствуют тревожные разговоры среди заговорщиков о предполагаемой измене, поскольку не оказалось вовремя Эрма, возглавлявшего заговор. Введенные в последний вариант, эти реплики способствуют нагнетанию таинственности, придают неоднозначность происходящему. Автор заставляет побеспокоиться и супругу Председателя Кро: всегда столь уверенная в себе и в успехе всех своих начинаний, она с тревогой напоминает Эрму об их сделке. Таким образом, Брюсов мастерски подводит действие к его кульминационному моменту: все чаяния и ожидания сходятся на Эрме -- в его руках исход этого форума. В результате работы над рукописью действие приобретает динамизм, непредсказуемость своего развития. Когда страсти накаляются до предела, заговорщики предлагают выступить Эрму. Но тот, вопреки их ожиданиям, не стал оглашать компрометирующие Орма письма:
"Читать письма слишком долго. Президиум или избранная вами комиссия рассмотрит их. Но я, как политический противник Орма и как его бывший друг, свидетельствую здесь одно: никогда, слышите ли, никогда Орм не был империалистом по убеждениям или стремлениям. Я хочу бороться честно. Я воздаю справедливость врагу. Он всегда боролся за идеалы социалистического строя. Орм всегда стоял за равноправие, за власть трудящихся. Пусть Орм повинен в кризисе, переживаемом нами, но спасти нас может только проект Орма.
Ленн ( бросаясь к Эрму ). Измена! Предатель!"
В этом тексте остается неясным, что за письма передаются Эрмом в Президиум. Намека на то, что они могут быть подложными, здесь нет. Читателю не совсем ясно, почему письма перестают быть опасными для Орма; можно предположить, что писатель оставил за текстом некоторые события, придав тем самым происходящему налет таинственности. И действительно, в первом варианте пьесы находим место, где сказано, что Эрм оглашает с трибуны подложное письмо, и даже приводится его текст: