Тримарин. Я прошу у вас руку Мары Ивановны.
Мстинский. Да что вы сговорились все сегодня меня с ума свести?
Тримарин. Я давно люблю Мару Ивановну, мне кажется, что и она отвечает мне взаимностью, и я тоже давно имел в виду обратиться к вам с этой просьбой. Окончательно вчерашний день ускорил мое решение.
Мстинский. Послушайте, вы это серьезно или с вами опять припадок?
Тримарин. Иван Федорович, я говорю совершенно серьезно. Я люблю Мару Ивановну, и вы сделаете меня счастливейшим человеком в мире, согласившись на наш брак. Разумеется, если она согласна отдать мне свою руку.
Мстинский. Подождите. Сегодня вы говорили, что вы человек больной, а собираетесь жениться. Как же я отдам дочь человеку с припадками?
Тримарин. Иван Федорович! Эта моя привычка неопасная болезнь. Уверяю вас, что в моей жизни были только три случая, считая и вчерашний, когда она доводила меня до такого состояния. Я советовался с врачами, и они сказали мне, что это неопасно. Я сам бы не осмелился просить руки вашей дочери, если б не был убежден, что вы примете меня вашим зятем.
Мстинский. Ну, озадачили вы меня! Вот эдакие дела не делают так: тяп да ляп, и вышел корабль. Мы об этом еще посоветуемся, а ныне скажите мне начистоту: каково ваше положение?
Тримарин. Материальное?
Мстинский. Ну да, материальное. Вы знаете, моя Марочка -- не бесприданница. Слава богу, я могу кое-что за ней дать. И вы не обидитесь, но ведь мне тоже надо знать, что у моего зятя за душой будет.