Вот перед нами уездный город, от которого "хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь". Открывается занавес, и мы видим за столом у городничего обитателей этого города, его чиновников. Не ошиблись ли мы дверью, и не попали ли, вместе с двумя пьяными матросами, в ужасный зал в зачумленном Лондоне Эдгара По? Не те же ли перед нами уродины, какие предстали глазам удивленных и испуганных матросов? Разве городничий Сквозник-Дмухановский, судья Ляпкин-Тяпкин, попечитель над богоугодными заведениями Земляника и все другие, с детства хорошо знакомые нам лица, не страдают тою же болезнью, как фантастические герои Эдгара По? Разве у одного из них не чудовищный лоб, у другого -- не неимоверный рот, у третьего -- не немыслимые щеки?
Прислушаемся к их речам:
-- Лекарств дорогих мы не употребляем, -- говорит Земляника. -- Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет.
Городничий жалуется, что от заседателя такой запах, словно он сейчас вышел из винокуренного завода.
-- Это уж невозможно выгнать, -- возражает судья, -- он говорит, что в детстве мамка его ушибла, и с тех пор от него отдает немного водкою.
Появляется Хлестаков. "Ну что было в этом вертопрахе похожего на ревизора?" -- спрашивает позднее городничий. Точно, ничего похожего. Заезжий, остановившийся в гостинице, в номере "под лестницей", не платящий по счетам, выпрашивающий себе обед, -- какой же это ревизор? В уездном городе жизнь каждого человека на виду; Хлестаков не мог за две недели, что он жил в городе, не примелькаться всем на улице; однако между ним и городничим происходит такой, приблизительно, диалог:
Х л е с т а к о в. Да что ж делать?.. Я не виноват... Я, право, заплачу... Мне пришлют из деревни.
Г о р о д н и ч и й. Извините, я, право, не виноват... Позвольте мне предложить вам переехать со мною на другую квартиру.
Х л е с т а к о в. Нет, не хочу! Я знаю, что значит на другую квартиру: то есть в тюрьму. Да какое вы имеете право? Да как вы смеете?..
Г о р о д н и ч и й. Помилуйте, не погубите! Жена, дети маленькие...