-- Нисколько, она приказала доложить о себѣ, и ждетъ отвѣта.
-- Стало быть, я могу остаться, заключилъ Жакъ, посматривая за своего друга. Дутрлезъ быстро обратился къ камердинеру:
-- Попросите эту даму войти сюда.
-- Ну что? заговорилъ Куртомеръ, какъ только дверь затворилась за камердинеромъ:-- правъ ли быль я, когда прочелъ въ ея глазахъ намѣреніе придти сюда.
-- Это еще не доказано,-- отвѣчалъ едва слышнымъ отъ волненія голосомъ Дутрлезъ. хотя въ душѣ онъ уже не сомнѣвался, что Жакъ правъ.
-- Для меня доказано... да и для тебя тоже... Смотри, прибавилъ онъ. понижая голосъ.
Камердинеръ отворилъ дверь кабинета, въ которомъ сидѣли оба друга, и тотчасъ же удалился. На порогѣ показалась женщина вся въ черномъ, съ опущенной вуалью. Въ ней не было замѣтно волненія, она шла спокойной, твердой поступью. Альберъ, конечно, узналъ ее прежде чѣмъ она подняла свой вуаль; онъ узналъ бы ее переряженною даже въ ветошницу.
-- Какъ благодарить мнѣ васъ, мадемуазель, за честь и за довѣріе, которымъ вы меня удостаиваете, воскликнулъ Дутрлезъ, идя къ ней навстрѣчу. Еслибъ я зналъ, что вы желаете меня видѣть, я бы поспѣшилъ предупредить ваше посѣщеніе...
-- Которое вы находите не совсѣмъ приличнымъ, не такъ ли? отвѣчала Арлета. показывая свое хорошенькое личико. Я знаю, что мнѣ не слѣдовало бы приходить къ вамъ одной... Я долго не рѣшалась, но наконецъ не выдержала... Жюльена вчера арестовали... папа, объявляя мнѣ объ этомъ ужасномъ обстоятельствѣ, разсказалъ такія вещи... Я никакъ не хотѣла, не могла имъ повѣрить!
-- Надѣюсь, онъ не сказалъ вамъ, что я причиной несчастій вашего брата! воскликнулъ внѣ себя Дутрлезъ.