-- Причиной... невольной... конечно.... Да, папа утверждаетъ, что это такъ... что вы... я не знала, что ему отвѣтить... Тогда я пошла къ церковь... помолиться, попросить у Бога совѣта, что мнѣ дѣлать... Послѣ молитвы мнѣ пришла въ голову мысль обратиться къ намъ... Когда я шла въ церковь, то встрѣтила мосье де Куртомера, и потомъ подумала, что навѣрно застану его у васъ... Это придало мнѣ мужества, и я рѣшилась не возвращаться домой, не переговоривъ съ вами... Умоляю васъ, скажите мнѣ всю правду. Папа узналъ изъ письма маркизы де-Вервень только объ арестѣ, я хочу знать все остальное.
-- Но я самъ ничего не знаю, кромѣ того, что разсказалъ мнѣ Жакъ. Онъ былъ съ Жюльеномъ, когда съ нимъ случилось это несчастіе.
-- Такъ я обращаюсь-къ вамъ, мосье де-Куртомеръ. Вы для меня не чужой, вы племянникъ лучшаго друга моего отца. Скажите мнѣ, возможно ли, чтобы Жюльена долго держали подъ арестомъ, чтобы его стали судить какъ преступника, и даже осудили?
-- Не смѣю скрывать отъ васъ, грустно отвѣчалъ Жакъ, что обстоятельства дѣла говорятъ противъ него, но и надѣюсь, что онъ оправдается.
-- Нѣтъ, ему не оправдаться, если друзья не помогутъ ему доказать свою невинность. А вѣдь вы его другъ, неправда ли?
-- Во всякомъ случаѣ, я другъ вашъ и Альбера Дутрлеза, который готовъ исполнить все, что вы ему прикажете, стало быть вы можете располагать и мною.
-- Благодарю васъ, просто отвѣтила она, втроемъ мы навѣрно спасемъ его.
-- Неужели графъ де-Кальпренедъ отказывается дѣйствовать въ пользу своего сына? смущенно спросилъ Жакъ.
-- Отецъ мой такъ пораженъ своимъ горемъ, что не способенъ ни на какое дѣйствіе, а дѣйствовать надо тотчасъ же, не теряя ни минуты. Я расчитываю только на васъ и на мосье Дутрлеза, который, я въ этомъ увѣрена, будетъ радъ поправить вредъ, невольно причиненный имъ Жюльену.
-- Я готовъ отдать жизнь, чтобы избавить васъ отъ этого горя! горячо воскликнулъ Альберъ.