-- Повѣрь мнѣ, не привыкнешь никогда, говорю по собственному опыту. Я маюсь здѣсь двѣнадцатый годъ, и все еще не призывъ, всѣ еще мнѣ тяжело.
-- Самъ виноватъ, тебѣ надо бы жениться, Матапанъ.
-- Ты серьезно думаешь. Жиромонъ, что мнѣ надо жениться?-- спросилъ тотъ съ ироніей въ голосѣ.
-- Право такъ, добродушно отвѣтилъ бывшій лоцманъ. Когда ты плавалъ вмѣстѣ со мною круглый годъ по морямъ и океанамъ, другое дѣло,-- тогда жена могла быть только въ тягость, ну, а теперь ты постоянный парижскій житель, домовладѣлецъ...
-- Я пропустилъ часъ прилива, поздно уже мнѣ плыть по теченью: мнѣ пятьдесятъ три года, любезный другъ.
-- Что до этого за дѣло, коли ты еще крѣпокъ и силенъ какъ новый броненосный фрегатъ... Мнѣ пятьдесятъ шесть стукнуло, а найди я жену по себѣ, хоть сію минуту готовъ жениться.
-- Да, легко сказать: найдти по себѣ... и найдешь пожалуй, а тутъ носъ натянуть. То барышня, видишь, не находятъ тебя достойнымъ, то родители не согласны.
-- Точно ты пробовалъ?
-- Попробовалъ, и никакъ не дальше, какъ вчера. Я посватался къ дѣвушкѣ, у которой нѣтъ ни копѣйки за душою и мнѣ показали дверь.
-- Какъ, тебѣ? А я думалъ, что ты нажилъ милліоны.