-- Отъ всей души, отвѣчала Арлета, не смущаясь.
-- Отлично! Ты, по крайній мѣрѣ, не скрытничаешь! воскликнула г-жа де-Вервень, и хорошо дѣлаешь, я терпѣть не могу лицемѣрія. Но, милая Арлета... вѣдь это неравный бракъ.
-- Я и не намѣреваюсь вступить, какъ вы выражаетесь, въ неравный бракъ!-- воскликнула молодая дѣвушка. Я останусь тѣмъ, что я есть. Но не могу я не любить его:
-- Хорошо сказано, мои милая. Другими словами, ты предпочитаешь лучше быть несчастной на всю жизнь, чѣмъ выйти замужъ противъ воли отца. Это хорошо. Я даже нахожу, что это слишкомъ хорошо и что никто не имѣетъ права требовать отъ тебя такою самопожертвованія. Но прежде всего, необходимо убѣдиться, не ошибаешься ли ты сама въ чувствѣ, внушенной тебѣ Альбертомъ Дутрлезомъ? Чтобъ узнать это, я и экзаменую тебя въ эту минуту. Во-первыхъ скажи, откуда знаешь ты этого молодаго человѣка? Гдѣ ты его видала?
-- Да вездѣ... въ обществѣ, куда я выѣзжала съ отцемъ; у васъ...
-- Да, онъ, дѣйствительно, должно быть, бывалъ у меня; онъ очень друженъ съ Жакомъ. Но, признаюсь тебѣ, я его совсѣмъ не помню. Говорятъ, что онъ очень недуренъ, ну ты, конечно, противорѣчить этому не будешь. Но я желаю сама составить о немъ собственное мнѣніе и пригласила его...
-- Какъ! Вы позволяете ему...
-- Быть у меня? Да конечно: вѣдь онъ уже и бывалъ у меня. Я жду его сегодня вечеромъ.
-- Сегодня вечеромъ!... повторила, блѣднѣя, мадемуазель де-Кальпренедъ. О маркиза, я узнаю въ этомъ ваше ангельское сердце... Но какъ посмотритъ на это папа?
-- Твой отецъ! Надѣюсь, ты не думаешь что я стану съ нимъ совѣтоваться, кого я должна или не должна принимать у себя? Это дѣло мое, а не его!