-- Чистыми деньгами. Хотя это почти все, что у меня осталось отъ моего состояніи, но я не нахожу, что заплатилъ дорого.
-- Да, конечно, если за сто двадцать пять тысячъ, вы получите двѣнадцать милліоновъ, но...
-- Какое нашли вы еще, но?
-- Извините, графъ, прервалъ его Жакъ; Франсуа снова вызываетъ меня, онъ видимо не намѣренъ оставить меня въ покоѣ, пока я не выслушаю, чего ему отъ меня надо. Съ этими словами Жакъ жестомъ подозвалъ стараго слугу.
-- Выйдите, пожалуйста, не минуту, сказалъ тотъ въ полголоса и съ умоляющимъ видомъ.
-- Меня кто нибудь спрашиваетъ?
-- Да... то-есть, нѣтъ... но это все равно...
-- Я ничего не понимаю изъ твоихъ словъ, Франсуа, ты говоришь какими то загадками; скажи тому, кто тебя послалъ, что я прошу подождать меня одну минутку, а сейчасъ приду.
-- Итакъ, графъ, продолжалъ Жакъ, когда Франсуа удалился, прежде, чѣмъ заплатить такую громадную сумму, вы лично убѣдились въ томъ, что разсказъ матроса, не сказка и что останки разбитаго судна находится именно тамъ гдѣ онъ говорилъ вамъ.
-- Убѣдился, конечно, на сколько, это было возможно. Прежде, чѣмъ войти въ соглашеніе съ страховымъ обществомъ, я ѣздилъ въ Бретань и лично удостовѣрился въ существованіи описаннаго матросомъ утеса. Я конечно, ничего, но могъ узнать о самомъ разбитомъ суднѣ... прибрежные жители не имѣютъ никакого понятія объ бывшемъ тутъ крушеніи; а вы сами понимаете, что съ моей стороны, было бы крайне неосторожно возбуждать ихъ вниманіе... Къ тому же, еслибъ я преступилъ къ какимъ либо болѣе опредѣленнымъ изысканіямъ, то это послужило бы въ пользу страховаго общества, которое, пожалуй, отказалось бы уступить мнѣ свое право...