-- Отлично. Я догадываюсь. Судно было нагружено золотомъ и матросъ зналъ, гдѣ оно затонуло... Но, что съ тобою, Франсуа, у тебя такое испуганное лицо?-- прервалъ свою рѣчь Жакъ, обращаясь къ подошедшему къ нему старому лакею, который ничего не объясняя, просилъ его выдти на минутку въ прихожую.
-- Вѣрно ничего спѣшнаго нѣтъ... я приду, какъ окончу разговоръ съ графомъ; не мѣшай намъ, отвѣтилъ Жакъ, возвращаясь къ прерванному разговору.
-- На суднѣ было двѣнадцать милліоновъ, поспѣшилъ сказать графъ, едва только лакей какъ-то медленно и неохотно отошедъ отъ нихъ.
-- Лакомый кусочекъ!-- воскликнулъ смѣясь де-Куртомеръ,-- но, сколько я понимаю, грузъ этотъ едва ли принадлежитъ вашему матросу. Судно было, вѣроятно, застраховано въ какой нибудь компаніи, которая и выплатила слѣдующую за него премію.
-- Это совершенно вѣрно, но дѣло въ томъ, что матросъ зналъ мѣсто, гдѣ затонула, корабль и кромѣ его, этого никто не знаетъ, значить тайна принадлежала ему одному.
-- Развѣ вы ее у нею купили? спросилъ съ живостью Жакъ.
-- Нѣтъ, онъ собирался продать ее той компаніи, но мнѣ, умирая, онъ сообщилъ ее даромъ. Она, конечно, сполна принадлежитъ страховому обществу, я это знаю, потому и вошелъ съ нимъ въ соглашеніе, по которому купилъ право на этотъ грузъ, если разыщу его.
-- Это дѣло другое. Но позвольте спросить, во сколько же обошлась вамъ эта покупка?
-- Всѣ эти милліоны, всѣ эти бочки съ золотомъ, проданы мнѣ за сто двадцать пять тысячъ франковъ.
-- И вы заплатили сто двадцать пять тысячъ?