-- О! на такихъ условіяхъ охотно соглашаюсь. Я буду имѣть удовольствіе угодить вамъ и возможность оторваться отъ игры -- двойная выгода; а для меня зима началась неудачно: я на прошлой недѣлѣ въ одну ночь проигралъ болѣе половины моего годоваго дохода.
-- Ну, если наше предпріятіе удастся, сказалъ улыбаясь графъ, то вы будете имѣть возможность, не стѣсняясь, проигрывать тысячу, другую золотыхъ.
-- Что же. эти за дѣло?.. Ужь не намѣреваетесь ли вы послать меня на золотые пріиски въ Калифорнію или въ Австралію.
-- Нѣтъ, не такъ далеко.
-- Тѣмъ лучше. Я не гожусь болѣе на дальнія путешествія.
-- Хорошо ли знаете вы берега Бретани?
-- Лучше даже, чѣмъ Парижскіе бульвары и Елисейскія поля. Между Санъ-Мало и Нантомъ едва ли есть хотя одинъ утесъ, съ которымъ я былъ бы не знакомъ подробно.
-- Видно Богъ надоумилъ меня обратиться къ вамъ! воскликнулъ радостно графъ.-- Теперь я увѣренъ въ успѣхѣ.
-- И я тоже, такъ какъ вы это говорите. Но и задаю себѣ вопросъ: какимъ образомъ моя небольшая мореходная опытность можетъ быть вамъ такъ полезна именно у береговъ Бретани?
-- Я вамъ сейчасъ объясню это. дорогой мой Жакъ, отвѣчалъ графъ, переходя въ дружескій тонъ. Надо вамъ сказать, что года два тому назадъ я былъ въ Лондонѣ. По просьбѣ соотечественника, содержателя гостинницы. гдѣ я останавливался, я принималъ участіе въ одномъ матросѣ американцѣ, спасенномъ во время кораблекрушенія и привезенномъ въ Англію, Онъ одинъ только и спасся изъ всего экипажа и его нашли безъ чувствъ, почти окоченѣвшаго отъ холода и усталости, на куриной клѣткѣ, на которой онъ двѣнадцать часовъ къ ряду боролся съ волнами и со смертью. Я взялъ его на свои попеченіе, лѣчилъ и содержалъ и на свой счетъ, но онъ былъ слишкомъ измученъ, чтобы поправиться. Умирая, въ благодарность за мое попеченіе, онъ сообщилъ мнѣ тайну, которая несомнѣнно стоитъ милліоны.