-- Въ которомъ часу г. Кордье садится на пароходъ?
-- Пароходъ уйдетъ, сколько помню, съ вечернимъ отливомъ.
-- Такъ я успѣю еще телеграфировать въ Гавръ г. Кордье, и допрошу кондукторовъ 10-часоваго поѣзда.
Куртомеръ не выдержалъ.
-- А, вы все-таки собираетесь продолжать слѣдствіе! запальчиво вскричалъ онъ, неужели найдется во Франціи настолько глупый судья, чтобы повѣрить, что Дутрлезъ способенъ посягнуть на жизнь г. Матапана!
-- Я исполняю свою обязанность, хладнокровно отвѣчалъ комиссаръ; теперь спрошу камердинера г. Матапана.
Пока говорилъ Дутрлезъ, Али стоилъ неподвижно на своемъ мѣстѣ, злобно улыбаясь; улыбка ясно говорила, что онъ собирается энергически отстаивать интересы своего господина.
-- Что можете вы сказать мнѣ въ свою очередь? обратился комиссаръ къ Али.
-- Я долженъ прежде всего сообщить, что думалъ самъ г. баронъ въ послѣдніе три дня, -- очень твердо отвѣчалъ камердинеръ. Г. баронъ ожидалъ мщенія со стороны г-на Дутрлеза за какія то обидныя слова и разъ десять повторялъ мнѣ: если со мной случится что нибудь, знай, что это будетъ дѣло Дутрлеза.
-- До подозрѣній г Матапана намъ нѣтъ дѣла, вы разскажите только то, что было сегодня.