-- Я бы долженъ былъ убить его собственными руками.
-- Прекрасное средство помочь горю!... Вы забываете, что у васъ есть дочь. Бѣдная Арлета! Что будетъ съ нею, когда у нея не останется ни отца, ни брата? Вѣдь васъ предадутъ суду присяжныхъ, мой бѣдный другъ. Мы живемъ не въ то время, когда родительская власть давала главѣ семья право жизни и смерти надъ виновными дѣтьми. Но вы сказали это сгоряча. Поищемъ другаго исхода. Надо добиться отъ него, чтобы онъ уѣхалъ изъ Парижа, даже изъ Франціи, и не возвращался бы прежде, чѣмъ не исправится. У Жюльена есть сердце, вы легко его убѣдите. Да не хотите ли, чтобъ я поговорила съ нимъ?
-- Очень бы желалъ этого, да уже поздно. Матапанъ, вѣроятно, сдѣлалъ уже заявленіе въ полицію о пропажѣ.
-- Неужели онъ осмѣлился?
-- Сегодня утромъ онъ угрожалъ мнѣ этажъ, а теперь безъ сомнѣнья уже и исполнилъ свою угрозу.
-- Такъ что вашъ сынъ можетъ съ минуты на минуту быть арестованъ! Да, положеніе безвыходное! Однако... мнѣ кажется невозможнымъ, чтобы къ человѣку съ безупречнымъ прошлымъ и съ такимъ именемъ, какъ ваше, отнеслись тотчасъ же, какъ къ завѣдомому вору
-- Имя наше расположить ихъ еще къ большей строгости.
-- Вы, можетъ быть, и правы, отвѣчала маркиза, вздыхая.-- Наши древнія имена, точно бѣльмы въ ихъ демократическомъ глазу. Но все таки нужно имѣть доказательство... А если противъ него только и есть что болтовня какого-то Дутрлеза.
-- Доказательство? А вотъ оно, сказалъ графъ, указывая рукою на блестѣвшіе передъ ними всѣми цвѣтами радуги опалы.
-- Но это доказательство не въ ихъ рукахъ, пока оно находится здѣсь: вѣдь ни придутъ же они отыскивать его у меня. Очень счастливо то, что вы сами нашли его, а не другіе...