Как-то подбирая губы, она стала жалобно причитать:
-- Меня обманули все, детка. Мне говорили: главное, бойся нужды! Главное, чтоб дети были хорошо обеспечены! В этом и вся моя вина; ох, ох, бедненький мой! Сыночек ненаглядный, любименький! Ваня, Боренька, Игорь, Машенька, Нюша, Наденька, -- стала перечислять Анна Павловна, поводя строгими глазами.
Метнулась широкая светлая тень по стене. В комнату вошла Таша со свечкой.
-- Барыня, милая, что это вы все не спите? -- спросила она шепотом.
-- Не хочу спать, -- сказала Анна Павловна равнодушно. -- Ташенька, в могиле успеет выспаться человек, а когда живешь -- надо бодрствовать.
-- Барыня, милая, -- забормотала Таша скороговоркой, -- вы хоть бы прилегли на кроватку.
-- Я ложилась. Сон уходит от меня. Он боится меня, Таша, как проклятой!
-- Кто, барыня?
-- Сон.
-- Ой! Зачем вы так говорите, милая барыня, мне страшно!