-- Огниво! огниво! огниво!
Прекрасное лицо графини, его жены, с глазами, полными слез, склонилось к нему.
-- Янко, огниво, -- сказала она ему, -- проснись же!
И тогда та духовная сущность, которая бодрствует в человеке даже тогда, когда сам человек спит, напрягаясь до высочайшей степени, стала будить тело Тарновского.
-- Огниво, огниво, -- точно трубила она ему в уши, -- или ты не видел огнива?
И тогда Тарновский мучительно улыбнулся и... проснулся. Тускло горела полупритушенная лампа в комнате. Пахло керосином. И было еще темно в широких окнах. Падали белые звезды и тотчас же таяли на стеклах. И из соседней комнаты приносилось бурлящее дыхание двух спящих, похожее на клокотанье кипятящейся воды.
"Огниво, -- подумал Тарновский, чувствуя, что его скрученный назад руки и связанные ноги затекли, -- огниво!"
Он повернул голову и под поваленным стулом снова увидел блекло светившееся огниво.
-- Огниво, -- прошептал он, -- наше спасение!
Две слезы выдавились из его глаз и поползли к губам.