-- Подошел ли мой ключ? -- хрипло спросил ее Столбунцов, принимая из ее рук оба ключа и передавая один из них Опалихину.
Ложбинина отрицательно качнула головой.
-- Нет!
-- А мой? -- задал вопрос и Опалихин и чуть-чуть побледнел.
Ложбинина быстро и в замешательстве пошла мимо него вон из передней. У самых дверей она прошептала:
-- Ваш? Да! Подошел.
XVI
-- Хорош мальчик? -- спрашивал Столбунцов Людмилу Васильевну, подвозя ее в своем экипаже домой. Все его бритое, как у актера, лицо было еще взволнованно и возмущено. Губы вздрагивали.
Людмилочка не отвечала ему ни слова. Лошади бежали бодро. В поле стояла беловатая муть, и шелест ржи будил воздух. Столбунцов внимательно оглядел Людмилочку от рыжеватой головки вплоть до лакированных башмаков.
-- Ф-фу, -- вздохнул он всей грудью, -- была минута, когда мне хотелось бить Кондарева. Мне показалось, что он поглядел на меня, как на вора.