-- Гы-гы-гы, -- вдруг прыснул Гринька, я ни по-совину, ни по-шакальи кликать не умею! Гы-ы... -- опять раскололся он.
Верхолётов поставил голову прямо и тоном приказания выговорил:
-- Нет, пусть он просто свистнет резким металлическим свистом!
Приложив к губам два пальца, Гринька вдруг свистнул, и так зверски, что и Петруша, и Верхолётов зажали уши.
-- Это я умею... Гы-ы-и... -- всё радовался чему-то Гринька.
-- Но тактично ли нам подражать агентам полицейского произвола, вот таким свистом? -- опять озабоченно осведомился у Верхолётова Петруша.
-- Отчего же? -- хмуро пожал плечами Верхолётов. -- Истолкуй это как военную хитрость ради торжества дела. Ведь наводнял же Наполеон Россию фальшивыми бумажками? Вспомни историю!
-- Пожалуй, -- пожал плечами и Петруша.
И все трое они, наконец, двинулись в путь. Гринька, видимо, на всё происходившее смотрел как на наивную забаву и игру, и по дороге с его губ то и дело срывался добродушный, какой-то телячий смешок:
-- Гы-ы-и!