По всему, с двойным подбородком, лицу Аграфены Михайловны прошло светлое облако.
-- Нужно будет святой душе две красненьких бумажки послать, -- добавила она.
Ксения Ивановна вдруг расплакалась и потянулась к ней обеими руками.
-- Тяжко мне, тетушка!
Аграфена Михайловна опустилась на свежее белье постели. Ксения Ивановна плакала, уткнувшись к ней в колени.
Ее лицо внезапно стало похоже на лицо красивой крестьянской девушки. В коротких словах она передала тетке, как больно ее обидел Мытищев. Она прижималась лицом к пухлым коленям тетки и беспомощно всхлипывала.
За окном спальни послышался сдержанный кашель.
-- И, родимушка, -- говорила Аграфена Михайловна: -- выходи, право, за Пальчика, Пальчик мужем хорошим будет. Наша сестра много через побои страдает, а этот нравом тих.
Она долго беседовала с племянницею на эту тему и затем, благословив и поцеловав ее, ушла к себе.
-- Ксения Ивановна, -- раздался в то же время под окном голос Потягаева, -- дозвольте поговорить с вами одну минуточку.