Праведный отъ вѣры живъ будетъ: Кромѣ этого раза, еще въ двухъ мѣстахъ Апостолъ приводитъ это мѣсто изъ прор. Аввакума (Гал. III, 11 Евр. X, 38), и во всѣхъ трехъ случаяхъ въ доказательство того, что вѣра дѣйствительно служитъ къ благодатному оправданію и спасенію того, кто твердъ въ ней, т. е. Апостолъ представляетъ, что ученіе о благодатной правдѣ по вѣрѣ, проповѣдуемой имъ, содержится въ Словѣ Божіемъ и Въ Ветхомъ Завѣтѣ, именно у прор. Аввакума.
Чтобы это указаніе Апостола на пророка было понятно въ своей силѣ и значеніи, и не могло быть ослаблено или перетолковано, нужно прояснить, что въ изреченіи пророческомъ содержится точно не другая мысль, а мысль о спасительной правдѣ по вѣрѣ. Вопросу о томъ, въ подлинномъ ли видѣ приводится у Апостола изреченіе,-- и мѣста быть не можетъ: ибо и въ томъ бы случаѣ, какъ и выдаваемый нынѣ за подлинный текстъ и переводъ 70 ты это мѣсто представлялъ бы въ иномъ видѣ, за неподлинное и поврежденное слѣдовало почесть чтеніе въ сихъ послѣднихъ, а не чтеніе Боговдохновеннаго проповѣдника. Впрочемъ разсматриваемое мѣсто, у Апостола приведенное по переводу 70-ти, и въ нынѣшнемъ Еврейскомъ текстѣ также читается, какъ и у Апостола {Попытки нѣкоторыхъ переводить изреченіе Аввакума иначе, нежели какъ стоитъ оно у Апостола,-- какъ направленныя прямо противъ Апостола, и притомъ съ. пренебреженіемъ общаго всѣмъ разумѣнія этого мѣста и въ Евр. текстѣ,-- согласно съ чтеніемъ Апостола, слѣд.,-- какъ открыто злонамѣренныя -- оставляются совершенно бсзъ вниманія и западными толковниками.}. Но по свойственной всѣмъ пророчествамъ нѣкоторой сокровенности можетъ показаться и кажется большей части новѣйшихъ толковниковъ, что у пр. Аввакума сказаны слова: праведный отъ вѣры живъ будетъ -- въ отношеніи къ инымъ обстоятельствамъ и предмету, а потому и въ иномъ значеніи, а не въ томъ, какое далъ имъ Апостолъ,-- слѣдовательно, онъ дѣлаетъ только приспособленіе изреченія пророческаго къ своимъ мыслямъ. Поэтому и требуетъ проясненія того, что именно на предметъ о правдѣ спасающей, сказаны у Аввакума извѣстныя слова. Вотъ какое мѣсто и значеніе имѣютъ нынѣ слова у пророка -- въ его пророчествѣ: при неотвратимо и близко угрожающемъ всегубительствѣ, для Іудеевъ, какимъ и въ отношеніи къ гражданской и къ религіозной и къ личной свободѣ и безопасности было плѣненіе Вавилонское,-- пророкъ пришелъ въ такое же внутреннее безпокойство и напряженное движеніе всего своего духа, въ какое, напр. христіанскій праведникъ приходитъ при ощущеніи себя въ состояніи крайняго озлобленія отъ духовныхъ враговъ. Ибо для пророка, какъ для Ветхозавѣтнаго праведника, залогомъ спасенія и соединенія съ Богомъ были видимые образы сего и значитъ все устройство теократіи, также какъ для христіанъ залогомъ спасенія служитъ начатокъ Духа, или усыновляющей Богу благодати Христовой, открывающейся и ощущаемой въ самой душѣ. Доколѣ Господи,-- вопіялъ, пророкъ, въ живомъ чувствѣ опасности лишиться самаго залога спасенія и союза съ Богомъ,-- воззову, и не услышиши? вопію къ Тебѣ обидимъ и не избавиши? (Ab. I, 2). Нѣси ли ты искони Господи, Боже Святый мой, и не умремъ. Съ подлинника: Іегова Богъ мой! Не ты ли у насъ издревле? Святый мой! Мы не должны изчезнуть, о Іегова! (ст. 12). Чисты очи твои, чтобы видѣть злодѣйства, и смотрѣть на беззаконія Ты не можешь: для чего же Ты смотришь на сихъ прозорливыхъ? премолчаваеши, егда пожираетъ нечестивый праведнаго? ст. 13. Итакъ видимъ, что Боговдохновенная душа пророка -- во всей глубинѣ своей -- была занята и озабочена участью и значеніемъ праведника, дѣломъ спасенія и союза съ Богомъ, только свойственнымъ Ветхозавѣтному состоянію людей образомъ. Въ такомъ то расположеніи она, вдохновенная Св. Духомъ, и подвиглась къ Богу съ мольбою о разрѣшеніи своего затрудненія. И Божественное откровеніе явилось для пророка какъ бы молніею, поражающею и разсѣевающею предъ его духовнымъ взоромъ всѣ эти губительныя и темныя силы, устремленныя на избранный народъ или на Церковь въ лицѣ Халдеевъ (1 гл. 6--12 ст.; 2 гл. съ 5ст. и до конца гл.), и въ тоже время озарило его духъ этимъ великимъ, очевидно Христовымъ свѣтомъ: яко наполнится вся земля вѣдѣнія славы Господа, яко вода много, въ морѣ покрыетъ я. (2 гл. 14 ст.), яснымъ указаніемъ (Ис. XI, 9) на царство Мессіи, какъ побѣдоноснаго надъ всѣми враждебными силами совершителя всеобщаго спасенія. И вотъ въ такомъ то именно затрудненіи пророка касательно участи и значенія праведнаго, касательно дѣла спасенія {Потому что прямо послѣ того, какъ пророкъ выразилъ предъ Богомъ свое затрудненіе, и сказаны сіи слова.} и въ отношеніи къ сему откровенію {Потому что сказаны во вступленіи къ этому откровенію, имѣвшему скоро и непремѣнно исполниться.} о Мессіи Спасителемъ всей земли и сказано было пророку: аще усумнится кто, не благоволитъ душа Моя въ немъ: праведникъ же отъ вѣры живъ будетъ (2, 4). Итакъ ясное дѣло, что совершенно на тотъ же предметъ, на какой Апостолъ приводитъ это изреченіе, оно было и сначала сказано, и слѣд. одну и ту же мысль содержитъ о правдѣ и спасеніи по вѣрѣ у пророка въ его книгѣ, какъ и въ посланіи Апостола. Только тамъ она отчасти сокровенна или представлена въ сѣни подлежащихъ чувствамъ и временныхъ образовъ, въ которой сходилъ пророкъ, а у Апостола во всей чистой истинѣ и духѣ. Ошибка или недоразумѣніе новѣйшихъ толковниковъ происходитъ отъ того именно, что они сѣнь и образъ въ пророчествѣ принимаютъ за саму вещь,-- думаютъ, что пророкъ такъ глубоко скорбитъ предъ Богомъ собственно и единственно о временномъ несчастіи своемъ и народа, что его душа занята исключительно гражданскою участію Іудеевъ, мірскимъ его значеніемъ, мірскими видами, что рѣшительно противорѣчитъ и смыслу избранія народа Божія, и характеру не только пророка, но и вообще праведника,-- и указаннымъ чертамъ изъ содержанія самой пророческой книги Аввакума, а потому неудивительно и ложное заключеніе этихъ толковниковъ, что въ разсматриваемомъ изреченіи разумѣется вѣра собственно и единственно въ предреченіи объ освобожденіи Іудеевъ изъ плѣна Вавилонскаго, и цѣлость праведнаго -- живъ будетъ -- временная, т. е. свобода, какая наконецъ будетъ дана ему отъ этихъ бѣдствій. Это кромѣ дознаннаго уже ложнаго основанія, такого заключенія, опровергается. и- самымъ предреченіемъ, очевидно, неограничивающимся гражданскою судьбою народа избраннаго: наполнится вся земля вѣдѣнія славы Господни.
Опредѣлимъ же теперь смыслъ этихъ словъ: праведный отъ вѣры живъ будетъ. Смыслъ этихъ словъ можно излагать двояко; судя по тому, съ какимъ понятіемъ будемъ соединять слово отъ вѣры. Если соединимъ это съ понятіемъ праведный, смыслъ по связи и намѣренію рѣчи и у пророка и у Апостола выйдетъ тотъ: имѣющій праведность, состоящую въ дѣятельной вѣрѣ во Христа -- будетъ живъ, будетъ спасенъ, получитъ жизнь вѣчную. Если соединить съ понятіемъ: живъ будетъ; смыслъ такъ можно изложить: праведникъ -- будетъ живъ какъ праведникъ -- будетъ исполнять праведность, и сохранитъ ее цѣлою, торжествующею надъ всѣмъ враждебнымъ, увѣнчается съ нею -- именно по вѣрѣ во Христа. Смыслъ, по тому и другому изложенію, также въ существѣ своемъ,-- и одинаково приличенъ по связи и намѣреніи рѣчи и въ самой книги пр. Аввакума, изъ которой взято это изреченіе, и въ посланіи Апостола, съ тѣмъ, повторимъ различіемъ, что пророкъ для себя и для своего времени имѣлъ въ виду вѣру еще въ обѣтованнаго въ самомъ его пророчествѣ Мессію, и притомъ вѣру сыновную, которая оживлялась и укрѣплялась еще видимымъ образомъ и залогомъ спасенія -- предсказаннымъ освобожденіемъ отъ плѣна Вавилонскаго; а Апостолъ представляетъ пророческое изреченіе, какъ оно исполняется во всей истинѣ и духѣ. Св. Златоустъ замѣчаетъ, что приведши слова Аввакума, Апостолъ кратко сказалъ тоже, что въ посл. къ Евр. въ ХІ-ой гл. обширно доказывалъ, именно, что въ Ветхомъ Завѣтѣ такимъ же образомъ оправдались и праведники и грѣшники,-- и потому въ краткомъ реченіи открываетъ безпредѣльное море событій для способнаго объять оное взоромъ.
Въ разсмотрѣнныхъ нами 16 и 17 ст. І-ой гл. выражена та мысль: Богъ предлагаетъ чрезъ благовѣствованіе о Христѣ свою спасительную правду -- равно Іудею и язычнику, съ предпочтеніемъ перваго предъ послѣднимъ развѣ по времени благовѣствованія, и эта Божія правда пріемлется и содержится вѣрою, равно возвышается въ пріемлющемъ съ возвышеніемъ его вѣры,-- какъ это и въ Ветхомъ Завѣтѣ было предуказано словомъ Божіимъ, и было въ дѣйствительности свойственнымъ тому времени образомъ.
Эта истина объ оправданіи и спасеніи во Христѣ вѣрою, открытомъ равно для язычника и Іудея,-- и раскрывается въ слѣдующей части посланія (отъ этого мѣста по VIII гл.). На основаніи этой же истины предлагается затѣмъ ученіе объ отверженіи большей части Іудеевъ, тогда какъ призываются ко Христу язычники. Эта же собственно истина служитъ началомъ, изъ котораго дѣлаются выводы или приложенія къ жизни и дѣятельности въ нравственной части. Итакъ вступительную часть посланія Апостолъ закончилъ обозначеніемъ главнаго предмета всего посланія, и въ особенности раскрываемаго въ слѣдующей теперь части посланія.
Ученіе объ оправданіи и спасеніи во Христѣ вѣрою.
Въ слѣдующей теперь части посланія, содержащей ученіе объ оправданіи и спасеніи во Христѣ всякаго вѣрующаго равно Іудея и язычника, мысли Апостольскія располагаются и текутъ въ такомъ порядкѣ: во-первыхъ, и язычники и Іудеи, со всѣмъ превосходствомъ сихъ послѣднихъ, какъ избраннаго народа Божія, представляются равно повинными предъ Богомъ грѣшниками, имѣющими надежду спасенія и оправданія единственно во Христѣ (I, 18--III, гл.).
Во-вторыхъ, эту истину оправданія во Христѣ всѣхъ вѣрующихъ -- Израиля я языковъ, открываетъ Апостолъ дѣйствующею уже и въ сѣни Ветхозавѣтной: такъ что Отецъ избраннаго народа оказывается отцемъ собственно вѣрующихъ, какъ изъ его плотского потомства, такъ и изъ языковъ (IV гл.).
Въ третьихъ (V--VII, 6) изслѣдуется и уясняется самое дѣло и образъ оправданія и спасенія во Христѣ,-- какъ спасенія благодатнаго, предъявляемаго гибнущимъ и врагамъ, которое только и можно усвоять вѣрою до раскрытія его въ славу, (1--11 ст.) далѣе какъ спасенія отъ гибельнаго зла, бывшаго и прежде закона, и притомъ спасенія всего рода человѣческаго въ порядкѣ сообразномъ самому происхожденію и распространенію этого зла во всемъ человѣческомъ родѣ (12--21), и, наконецъ, какъ такого оправданія и спасенія, которое пріемлющіе и вѣрно содержащіе свободны отъ грѣха. и потому разрѣшены и отъ (VI--6 ст. VII) всѣхъ обязательствъ закона, отъ всякой повинности предъ нимъ.
Въ четвертыхъ, состояніе и участь оправданныхъ и спасаемыхъ вѣрою во Христа сличается съ участью подзаконнаго человѣка, если онъ въ законѣ имѣетъ только требованія и обязанности, и вообще съ состояніемъ человѣка, оставляемаго собственнымъ силамъ и усиліямъ исполнить правду. И здѣсь показывается, что законъ своими требованіями и запрещеніями даетъ человѣческой грѣховности только поводы къ ея раскрытію въ дѣлахъ грѣховныхъ и основаніе къ осужденію человѣка,-- что усиліе человѣка достигнуть правды своими силами открываютъ только его безсиліе и неразрѣшимыя въ немъ самомъ духовныя противорѣчія, а между тѣмъ участники открывшагося, по сей крайней потребности человѣческой, спасенія во Христѣ -- животворятся сначала въ духѣ, потомъ воскреснутъ и въ тѣлесахъ, въ соотвѣтствіи съ такою ихъ участію и чаяній твари, въ способствованіи имъ ходатайства Св. Духа, въ споспѣшествованіи имъ во благое всякихъ обстоятельствъ и предметовъ, по силѣ предвѣчнаго о ихъ спасеніи опредѣленія Божія (VII, 7--VIII, 30).