Мы знаем, что человек называется - "словесною тварью" и создан "по образу и подобию" Божиему, нося в душе своей подобие триипостасности Божества: в уме, слове и духе и в нераздельности сих трех. Все, что ведает ум, то именует и слово, и чего не в силах наименовать слово, того не в силах постичь и ум человеческий. Итак, слово человеческое именует как все то, что вне человека известно уму человека, так и все то, что в самом человеке известно уму человеку, то есть ум человеческий в слове именует все известные ему свойства свои, что и составляет истинное имя человека. Приравнительно к этому и Слово Божие, рождаемое умом Отчим, отображает в едином, простом, непостижимом Слове все сущее в мысли Отчей. Следовательно, Слово Божие, во-первых, отображает в слове Своем все свойства неименуемого Божества, ибо можно ли допустить то, чтобы Ум Отчий не ведал бы свойств Своих всех? И можно ли допустить, чтобы Слово Отчее отображало Собою не все сущее в уме Отчем? Но именование свойств Божиих что же есть иное, как не Имя Божие? Человек, которому Бог несколько открыл свойства Свои, именует по ним Бога, Слово же и Сын именует все неименуемые свойства Божий и поэтому, будучи неизреченным Отчим Словом, есть и неименуемое Божие Имя. Но почему же Иоанн Богослов назвал Сына Божия не Именем Божиим, а Словом Божиим? - Потому, что слово есть понятие более всеобъемлющее, нежели имя. Понятие слова объемлет собою и имена, и глаголы. Так, например, под человеческим словом мы подразумеваем как все те имена сущностей, которые ведает человечество, так и все те словесные действия, коими человек изъявляет волю свою. Подобно этому и в Боге: Словом Божиим мы именуем и Имя сущности Сущего, и словесное изражение[31] (то есть имя) воли Его, или словесное действие Его, то есть и Имя Божие, и Глагол Божий. О том, что Сын Божий именует неименуемую сущность Божию, свидетельствуют слова Его: "Никтоже знает Сына, токмо Отец; ни Отца кто знает, токмо Сын" (Мф. 11, 27). - Но для Слова - знать что же значит иное, как не именовать! О том, что действие или энергия Слова в предвечности состояла в созерцании или именовании Отца, говорит Иоанн Дамаскин: "Как только благий и преблагий Бог не удовольствовался созерцанием Себя Самого, но по преизбытку благости восхотел, чтоб произошло нечто, что в будущем пользовалось бы Его благодеяниями и было причастно Его благости", Он создал мир видимый и невидимый[32]. Из этих слов Дамаскина следует, что Бог в предвечности довольствовался созерцанием Самого Себя, то есть действие Его Ипостасей было направлено к Самому Себе: "Слово бе к Богу" (Ин. 1, 1). Так, Отец, рождая присно Слово и отражая в Нем Свои совершенства, созерцал в Нем Себя; Слово же, присно рождаясь от Отца и присно именуя Его, созерцало совершенства Отца; Дух же Святой, присно исходя от Отца, вместе с рождаемым Словом исполнял Собою Слово. Так самодовлел Бог предвечно в именовании Самого Себя в Слове, почему у Евангелиста Иоанна Богослова и сказано, что "Слово бе к Богу". Но Бог по благости Своей возжелал дать познать несколько совершенства Свои словесной твари и, создав ее, раскрыл ей постепенно в творении Своем и в Слове Своем некий луч пресиянного Своего Имени. Но что же есть сей луч Имени совершенств Божиих, как не умное и словесное действие Самого Божества? Что же есть Богооткровенное Имя Божие, как не Сам Бог? Поэтому и говорится в Писании, что Имя Божие "свято и страшно есть" (Пс. 110, 9), потому именно, что оно и есть Сам Бог как луч сияния Его славы; но конечно, неименуемое Имя, то есть полнота славы Божественных совершенств, которую ведает лишь Сын, еще безмерно святее и страшнее, подобно тому, как самое солнце нестерпимо светлее каждого из своих лучей. Поэтому у Зигабена, в примечании к толкованию приведенного стиха, и приводятся слова Златоуста: "Имя Христово свято, поколику творит бесчисленные чудеса (то есть Сам Бог и Сила Божественная. - Прим. иеросхим. А,)... Свято Имя Его и страшно, то есть исполнено великой поразительности и удивления. А если Имя Его страшно, то не гораздо ли более само существо"[33].
Что значит наименование Сына Божия печатью"?
Все сказанное нами здесь о том, что Слово Божие по всей справедливости и безошибочно может быть называемо и Именем Божиим, подтверждают и святые отцы. Так, в молитве иерейской на "Достойно и праведно есть" в литургии св. Василия Великого Сын Божий именуется: "Печать равнообразная, в Себе показуя Тя Отца, Слово Живое, Бог Истинный". - Печати, существовавшие при Василий Великом, были печати именные; следовательно, что же иное выражает этим словом св. Василий Великий, как не то, что Сына Божия он именует Именем Отца. В самой печати трудно прочесть врезанное в нее имя, но на оттиске оно читается ясно и понятно, подобно сему и во Отце совершенства Его непостижимы, но в Сыне, как в оттиске, они явились каждому и каждый может прочесть имя совершенств Отчих. Итак, Сын Божий есть Имя Божие, равнообразное Отцу, и Бог Истинный.
Тождественно с этим наименовал св. Григорию Неокесарийскому Сына Божия св. Иоанн Богослов, когда на прилежные молитвы св. Григория Матерь Божия, явившись с Иоанном Богословом, повелела последнему изложить ему символ веры в Святую Троицу: "Един Господь, Единый от Единого... выражение и образ Божества"[34]. - Итак, не ясно ли, что этими словами Сын Божий именуется Именем Божиим, ибо словесное выражение и образ что же есть иное, как не имя. Сын Божий есть Слово и Дух, следовательно, иным выражением и образом, кроме словесного, - быть не может.
Согласно с этим говорит и св. Григорий Богослов: Сын Божий именуется "Словом... потому что Он так относится к Отцу, как слово к уму... потому что изъявляет Его. А иной сказал бы, может быть, что относится к Отцу, как определение к определяемому (то есть как наименование к именуемому. - Прим. иеросхим. А.), потому что и определение (то есть именование. - Прим. иеросхим. А.) называется словом. (Итак, этими словами св. Григорий Богослов совершенно подтверждает те мысли, которые мы выразили выше, что Сын Божий есть и Слово Божие, и Имя Божие. - Прим. иеросхим. А.). Ибо сказано, что познавший... Сына познал Отца, и Сын есть сокращенное и удобное изражение (то есть имя. - Прим. иеросхим. А.) Отчего естества"[35]. - В этом тексте словом "познавший" св. Григорий заменяет слово в Евангельском тексте - видевший: "видевший Меня видел Отца" (Ин. 14, 9).
Так и в другом месте говорит о Сыне и Слове сей же святой: "Един есть Бог иной, но не иной по Божеству, - сие Слово оного Бога, живая печать Отчая"[36]. Этими словами св. Григорий ясно именует Сына Божия - Именем Божиим, в смысле именословной печати Отца.
И еще в другом месте св. Григорий Богослов говорит, что Сын именуется: ".Образом... ибо сама природа образа состоит в том, чтоб быть подражанием первообразу и тому, чьим называется он образом"[37]. - Но что же есть словесный образ, как не имя? - Итак, вот до какой недосягаемой высоты восходит понятие о неименуемом Имени Божества] Итак, из всего вышесказанного ясно и несомненно, что неименуемое Имя Божие есть Сын Божий, именуемые же имена Божий суть как бы лучи этого неименуемого Имени и имеют неотделимое от неименуемого Имени Божественное достоинство. Поэтому святые отцы и говорят об Именах Божиих, именуемых человеками, что "святы сами по себе", и, следовательно, исповедывают этими словами Божественное достоинство их, ибо святым по Себе и значит быть Богом. Так, о сем прекрасно сказано у св. Кирилла Иерусалимского: объясняя первое прошение в молитве Господней "Да святится Имя Твое", - он говорит: "Имя Божие по естеству свято, хотя говорим или не говорим сие"[38]. В другом же месте, толкуя слова литургийного возгласа - "Святая Святым" и - "Един Свят, Един Господь Иисус Христос", - он о Самом Господе Иисусе Христе говорит: "действительно Он един свят, свят по естеству"[39]. - Видите, какое отождествление Божества Имени Божия с Самим Богом, ибо, по словам св. Кирилла, и Бог, и Имя Его суть едины святы по естеству.
Постепенность откровения Богом имен Своих твари
Сущность Божества неименуема; но Бог с самого начала миробытия стал открывать словесной твари имена свойств Своих чрез Сына Своего, "Имже вся, и мы тем" (1 Кор. 8, 6). - Итак, во-первых, Бог написал имена свойств премудрости и всемогущества Своего - псалом Своего миротворения и миробытия. Затем открыл Бог многие имена Свои Духом Святым чрез Пророков, и однажды с горы Синайской вслух всего народа Израильского во гласе трубном и в пламени огненном возгласил Имя Свое и десять заповедей Своих: "Аз есмь Господь Бог твой" (первая заповедь). - Наконец, напоследок сих дней - "глагола нам в Сыне" Имена Своих ипостасей и Имя Сына - Иисус, и заветы Свои. Эти Богом открытые людям имена хотя не именуют самую сущность Божию, которая непостижима и неименуема, но суть имена свойств ипостасей и свойств существа Божия; поелику же существо Божие неотделимо от свойств Его, потолику и в именах Божиих, во именуемом свойстве мы имеем все существо Вездесущего Бога. Так невместимо вмещается в едином слове Имени Божия вездесущная сущность Божества, не ограничиваясь им и ничем сущим. О сей таинственной Божественности Имени Божия св. Иоанн Златоуст повелевает не мудрствовать лукаво, но принимать дословно, что писано в писаниях, чтобы верить во Имя Божие и во Имя Господне, - "в послушание веры": "Не сказал (Ап. Павел) - для исследования и доказательства, но - в послушание. Мы посланы, говорит он, не умозаключения составлять, но передать то, что нам вверено. Когда Господь возвестит что-нибудь, слушатели не должны перетолковывать слова Его и с любопытством исследовать, но обязаны только принять их. И апостолы посланы были для того, чтобы передать то, что слышали, ничего не прибавляя от себя, чтобы и мы наконец уверовали. Чему же уверовали? О имени Его. Мы не должны исследовать сущность Его, но веровать во Имя Его, так как оно творило и чудеса. "Во Имя Иисуса Христа, - говорит Петр, - востани и ходи" (Деян. 3, 6)"[40]. - Слышишь, какое ясное свидетельство, что само Имя Божие и Имя Господне обладает Божественной силой и есть сама Божественная Сила, требующая веры в Себя, как в Самого Бога.
Возрождение крещаемого совершается силою Имени Божия