Литургия оглашенных начинается с возгласа: "Благословено Царство Отца и Сына и Святаго Духа", и подъемлется Евангелие, и им знаменуется крестовидно престол. Но, может быть, кто вопросит: Литургия совершается в воспоминание Господа Иисуса Христа и в славу Имени Его, но почему же не возглашается: Благословено Царство Иисуса Христа? - Ей, и это возглашается, но не словами, а образным действием: поднятием Евангелия, которое есть Сам Иисус Христос в словах Своих и во Имени Своем, и в образном написании Имени "Иисус", означая этим Евангелием крестное знамение. Прославление же словесное при этом действии Имени Отца и Сына и Святого Духа совершается во исповедание неотделимости Иисуса Христа и славы Его от славы Отца и Святого Духа. В этой части Литургии воспоминается земная жизнь Спасителя и учение Его. Песнь: "Единородный Сыне и Слове Божий" есть опять-таки словесное изражение Имени Иисус. В молитве третьего антифона иерей тайно молится о даровании познания Истины и Жизни вечной людям ради призываемого Имени Господня, согласно данному Им обещанию исполнять прошения просящих во Имя Его: "Двема или трием, согласующимся о Имени Твоем, прошения подати обещавый". - Затем следует выход с Евангелием, и в царских вратах Евангелие подъемлется во образ вознесенного на крест Христа и возглашается "Премудрость".
Возглашая "Премудрость" и вознося святое Евангелие, иерей указывает людям, что сие Евангелие, то есть сии Слова Воплощенного и действия Его, в нем описанные, и суть Сам Он Бог Слово. Взойдя в алтарь, поклонившись и приложившись к престолу и к Евангелию, иерей тайно молится о даровании благодати достойно призвать Трисвятое Имя Господне. Люди же после входа с Евангелием воспевают Имена Богородицы и празднуемых святых и праздника словами тропарей и кондаков, по окончании которых иерей возглашает: "Яко свят еси, Боже наш, и Тебе славу возсылаем, Отцу и Сыну и Святому Духу", после чего поется Трисвятое Имя: "Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас" (трижды) и "Слава Отцу и Сыну и Святому Духу"... и иерей тайно, обратившись к жертвеннику, глаголет: "Благословен Грядый во Имя Господне" - то есть благословен Иисус, пришедший прославить Имя Господне, как вопияли отроки Иерусалимские при входе во Иерусалим Господа; и, вспомянув исполнение того, что тогда просил Сын у Отца: "Отче, прослави Имя Твое" (Ин. 12, 28), иерей, обратившись к Горнему Престолу и созерцая Христа Седящего одесную Отца, тайно говорит: "Благословен еси на Престоле славы Царствия Твоего, седяй на Херувимех, всегда, ныне и присно и во веки веков".
Посем снова возглашается: "Премудрость", и поются стихи прокимна, наконец, еще раз возглашается: "Премудрость", и читается Евангелие, после которого произносится сугубая ектения и ектения об оглашенных, сопровождаемая тайной иерейской молитвой и возгласом: "Да и тии с нами славят Пречестное и Великолепое Имя Твое". Этим возгласом ясно свидетельствуется, что служение верными Литургии есть не что иное, как "прославление Пречестного и Великолепого Имени Божия о Имени Иисуса Христа"; что это так, свидетельствует и то действие, которое сопровождает этот возглас: ибо в то самое время, как раскрывается антиминс, на котором изображено снятие со Креста и положение Иисуса во гроб, иерей, взяв в руки губку, делает ею крестное знамение над антиминсом, образно означая тем Имя Иисус. Затем следует 1-я тайная молитва о верных, после которой возглашается: "Премудрость", и призываемое в возгласе Имя Божие, и молитва о верных 2-я, тоже сопровождаемая провозглашением: "Премудрость", и призыванием Имени Божия: "Яко да под державою Твоею всегда храними, Тебе славу возсылаем, Отцу и Сыну и Святому Духу" - и начинается Литургия верных и поется "Херувимская". Но возвратимся к таинственному слову - "Премудрость".
"Премудрость"
Этот возглас мы встречали на вечерне во время входа, перед прокимном, перед паремиями и перед отпустом и последним благословением Именем Божиим. На утрене этот возглас мы встречали в начале утрени перед прославлением Имени Святой Троицы, перед прокимном, перед чтением Евангелия, и наконец, перед последним благословением Именем Сый и Христос Бог. На литургии этот возглас мы видим перед прокимном, перед чтением Апостола и перед чтением Евангелия, и наконец, дважды перед отпустительными возгласами Имени Божия на литургии оглашенных. Итак, что же значит это слово - "Премудрость"? - Сын Божий и Слово есть Премудрость Отчая; энергия сей Премудрости есть членораздельное слово Премудрость, возвещенная людям или Самим Господом Иисусом, или рабами Его в Ветхом и в Новом Завете. Поелику Премудрость Отчая - Сын и Слово есть Бог, потолику, согласно учению Церкви, и всякая Богооткровенная Истина есть Бог и Премудрость. Итак, Премудрость и Бог суть все истины, возглашаемые в псаломских словах прокимнов. Премудрость и Бог есть всякое пророческое слово паремий. Премудрость и Бог есть всякая истина, Апостолами возвещенная. Премудрость и Бог есть Святая Евангельская Истина. Наконец, Премудрость и Бог есть всякое Имя Божие, почему перед тем, как призывать пред отпустом Имена Сый и Христос Бог, Церковь обращает особое внимание молящихся на Божественность этих Имен и Слов, говоря как бы так: Вонмите добре, псаломские слова, которые мы сейчас возгласим на прокимне, суть Сам Бог! Вонмите добре, Евангельские и Апостольские истины, которые мы сейчас будем читать, суть Сам Бог! Вонмите добре, Имя Сый и Христос Бог, Которые мы сейчас призовем, и всякое другое Имя Божие и Иисусово есть Сам Бог!
Итак "Премудрость", или по-гречески "София", есть Сам Бог, ибо, как мы знаем, отцы наши посвящали храмы Божий во Имя Премудрости Божией и этим ясно исповедали, что признают за Бога не только Само Существо Отца и Сына и Святого Духа, но и действие недоведомой Премудрости Божией, которую Бог отчасти открыл людям в Именах Своих, в Словах Своих и в делах Своих. Итак, Премудрость Божия есть Имя Божие, и поелику Имя Божие и Слово Божие образно явилось Исайи и Иезекиилю во образе Сына Человеческого, восседающего на четырех животных, потолику и во храмах Божиих, в коих, как сказал премудрый Соломон, живет Имя Божие, сверху под куполом обычно изображаются четыре Евангелиста: Иоанн - орел, Лука - человек, Марк - телец, Матфей - лев. Та же истина образно выражается и на царских вратах: Иисус есть "Дверь". Сей Иисус - Бог и Спаситель - был обещан, во-первых, прабабке Еве в Раю, и наконец, благовещен Архангелом Гавриилом Деве Марии Богородице. Имя Иисусово есть ключ Царствия Небесного, ибо вера во Имя Иисус Христово отверзает дверь в Церковь таинством крещения, которое отверзает ум к Божественному разумению. Царство Божие есть слово Божие, ибо так Сам Господь в Евангелии называет учение Свое (см. Мк. 1, 14; Мф. 4, 23; Мф. 9, 35; 13, 11).
И так как, следовательно, Царствие Божие и Дверь в Царствие Божие суть Евангельские слова Иисусовы, возвещенные четырьмя Евангелистами, и эти слова суть Сам Иисус Христос, Бог наш, восседящий на четырех Евангелистах, как на четырех животных, в видениях, виденных пророками Исайей и Иезекиилем, то поэтому на царских вратах и изображаются четыре Евангелиста. Затем обратите внимание на устроение Престола, и там вы увидите таинственное возвещение той же истины. На доске Престола на углах изображены всегда четыре Евангелиста, то есть четыре таинственных Животных, на коих восседает Премудрость Божия. Но что же именно полагается на Престоле? - Полагается Евангелие, то есть Слова Иисусовы, которые и суть Сам Бог (то есть духовно, конечно, а не чувственно), почему на доске Евангелия и изображен Иисус, а по углам четыре Евангелиста; полагается антиминс, который изображает идею спасения людей Богом смертию крестною, то есть образно написует Имя Иисус, и сия Истина Спасения, сие Имя Иисусово и есть Сам Бог, явившийся Исайи и Иезекиилю, восседящим на четырех животных, почему по углам антиминса, написующего Имя Иисусово, изображены четыре Евангелиста; полагается Крест, который есть образное написание идеи Спасения, то есть Имени Иисусова; наконец, на развернутом Имени Иисусовом - на антиминсе - пресуществляется Сам Царь Славы, и без святыни антиминса, который заимствует свою силу от Имени Иисусова и от освящения Архиерейского Именем Господним, не бывает преложения Даров. На подножии Святой Чаши, в которой почивают Тело и Кровь Христовы, то есть Сам Христос Бог, опять же изображены четыре Евангелиста. Итак, что же иное свидетельствует всеми этими образами Святая Церковь, как не то, что в храме присутствует Сам Бог, явившийся некогда на престоле славы в видении Исайи и Иезекиилю, и сей Бог есть Имя Божие и Имя Иисусово, и Слова Божий, и Тело и Кровь Богочеловека.
Литургия верных
Литургия верных начинается с воспоминания Христовых страстей; Престол означает тогда как бы Голгофу, и иерей и люди, стоящие пред отверстыми царскими вратами и взирающие на распятие, возвышающееся над престолом, созерцают распятого и страждущего за грехи наши Христа. Эта истина и это воспоминание созерцаются вместе с людьми, молящимися в церкви, и всеми чинами Ангельскими, умно присутствующими при нашем Богослужении, которые, быв некогда личными свидетелями и созерцателями величия Голгофской жертвы, и по днесь с одинаковыми чувствами трепета и страха воспоминают висевшее и страдавшее на Кресте Божественное и непорочное Тело Христово и славят вместе с нами Бога, прославляя и поклоняясь Ему о Имени Иисус, которое Сын Божий оправдал на Кресте. Поэтому это воспоминание и сопровождается жалобным и умиленным пением' "Иже Херувимы тайно образующе", - то есть некогда тайно и трепетно окружавшие распятого Бога нашего Иисуса Христа, - "и Животворящей Троице трисвятую песнь припевающе", - то есть и в это страшное мгновение не соблазнившиеся, но продолжавшие и не прекращавшие трисвятое пение, то и мы да сознаем величие цены нашего искупления, отложив всякое житейское попечение, и да подымем на руки свои бренные Самого Христа Иисуса, Царя Небесного, седящего на Херувимах и ныне посреди нас благодатно присутствующего и присущего благодатно предложенному Агнцу, а посем и по Существу имеющему преложить его в Тело Свое, а вино - в Кровь Свою. Затем Святыня предложенных Даров образно погребается под покровом на Престоле, причем закрываются царские врата и задергивается катапетасма[201]. Затем воспоминается воскресение Христово, пришествие к ученикам Христа, "дверем затворенным", преподание "мира", троекратное вопрошение Им Петра: "любиши ли Мя". Обратим внимание на тот способ, каким преподается всем "мир": не во Имя ли Иисусово преподается всегда священником мир? Не знамением ли креста, образно написующим Имя распятого Иисуса, и не перстным ли сложением во Имя Иисуса Христа сообщается мир? Тогда в знамение воскресения Христова и отваления камня и раздрания церковной завесы отдергивается катапетасма и читается Символ Веры над предложенными Дарами. Но что же есть это чтение Символа, как не исповедание Имени Божия? - Верую, что Имя Тебе есть единый Бог Отец, Вседержитель, Творец неба и земли, видимым всем и невидимым, и верую во второе Лицо Святой Троицы, что Имя Твое есть Единый Господь Иисус Христос, Сын Божий, Единородный, Рожденный от Отца прежде всех век, Свет от Света, Бог истинный от Бога истинного, Рожденный, Несотворенный, Единосущный Отцу, Им же вся быша... и пр.; что Имя третьего Лица Святой Троицы есть Дух Святый, Господь, Животворящий, от Отца исходящий и пр. Но, с другой стороны, чтение сего исповедания Имени Божия над предложенным Агнцем и Чашею не есть ли также исповедание веры и надежды на то. что сии предложенные Дары по освящении их сделаются и сами по существу тем, чем мы ныне именуем Сына, и будут иметь в себе по неотделимости и Отца и Святого Духа?
После этого воспоминания воскресения Христова последовательность воспоминаемых событий несколько нарушается, и мы возвращаемся к воспоминанию Тайной Вечери. Но чем же вынуждено такое строение Литургии, как не тем, чтобы сначала наиполнейше написать Имя Иисус, поскольку Господь оправдал его от рождения Своего и до воскресения из мертвых, и тогда, наиполнейшим образом исповедав и сознав Имя Господне, приступить к совершению Таинства и испрошению Хлеба с небес ради исповеданного и прославленного нами Имени Господня. Эта часть Литургии начинается с возглашения: "Станем добре, станем со страхом, вонмем, Святое возношение в мире приносити". - Люди же отвечают: "Милость мира, жертву хваления". - Эти слова имеют таинственный и многоразличный смысл, и между прочим, тот, что этими словами люди как бы говорят так: испроси нам, священниче, от Господа сию милость, дабы мы возмогли в мире принести Ему словесную жертву хваления, то есть достойно призвать Страшное и Великое Имя Его над предложенными Дарами во освящение их. В ответ на это иерей преподает благословение и благодать во Имя Господне: "Благодать Господа нашего Иисуса Христа (то есть благодать всего просить и все получать ради Имени Его), и любы Бога и Отца, и причастие Святаго Духа, буди со всеми вами". Лик отвечает: "И со духом твоим". Тогда иерей возглашает: "Горе имеим сердца". Лик: "Имамы ко Господу". Иерей: "Благодарим Господа". - И начинается величайшее священнодействие, а именно, великое призывание и исповедание Имени Божия.