На эту депешу Курино получилъ отвѣтъ, что японское правительство, превращая настоящіе безплодные переговоры (mutile negotiations), оставляетъ за собою право принять такое независимое дѣйствіе, какое сочтетъ наилучшимъ для укрѣпленія и защиты своего угрожаемаго положенія, а равно для охраны своихъ законныхъ правъ и интересовъ.
И вотъ 27-го января 1904 года ударялъ первый громъ.
Къ исторіи лѣсныхъ концессій на Ялу.
Еще до китайскихъ волненій,-- разсказываетъ газета "Владивостокъ",--владивостокскимъ купцомъ Ю. И. Бринеромъ какимъ-то образомъ была заполучена отъ корейскаго правительства концессія на рубку лѣса въ области рѣки Ялу и ея притоковъ.
Въ этой концессіи, между другими параграфами, былъ параграфъ, опредѣлявшій срокъ начала рубки лѣса, т.-е. условіе, что если рубка лѣса къ извѣстному сроку начата не будетъ, то владѣлецъ концессіи лишается на нее права и концессія теряетъ свою сиду.
Что помѣшало г. Бринеру осуществить лѣсное дѣло въ широкихъ размѣрахъ -- неизвѣстно, но только концессія не была использована.
Въ концессіи былъ и еще параграфъ, который гласилъ, что "безъ согласія корейскаго правительства концессія не можетъ быть передана другому лицу".
Но, тѣмъ не менѣе, на смѣну г. Бринера явился новый владѣлецъ ея, въ лицѣ дѣйствительнаго статскаго совѣтника г. Матюнина, жившаго въ Петербургѣ.
Съ перваго взгляда покажется довольно страннымъ такая передача лицу, живущему за десятки тысячъ верстъ отъ береговъ рѣки Ялу. Однако фантъ подтвержденъ согласіемъ корейскаго императора, заключавшимся въ первомъ параграфѣ концессіи новаго владѣльца г. Матюнина. Трудно сказать, на какихъ условіяхъ была совершена передача концессіи и зачѣмъ ее пріобрѣлъ именно г. Матюнинъ. Но извѣстно, что, вслѣдствіе вспыхнувшихъ "внезапно" китайскихъ безпорядковъ, къ эксплоатаціи лѣсовъ притуплено не было ж концессія утратила свое значеніе. И только послѣ китайской кампаніи право на концессію было возобновлено срокомъ на двадцать лѣтъ, какъ говорилось въ концессіи, "съ согласія корейскаго императора".
Въ концессія не было параграфовъ, вполнѣ гарантирующихъ обѣ стороны, а скорѣе вся концессія была обузой для корейскаго правительства, несмотря на то, что корейскій императоръ, самъ заинтересованный въ постановкѣ лѣсного хозяйства по образцу европейскому, участвовалъ въ извѣстной долѣ дохода съ этого предпріятія и, какъ гарантія, императору было уплачено 15,000 р. серебромъ уже "Лѣсопромышленнымъ товариществомъ", организованнымъ статсъ-секретаремъ А. М. Безобразовымъ. Нѣтъ никакого сомнѣнія, что прежде, чѣмъ организовать какое-либо предпріятіе, должна существовать цѣль или идея, и, судя но роли, какую игралъ въ этомъ дѣлѣ г. Безобразовъ, идея принадлежитъ ему.