Этотъ подвигъ нашей крейсерской эскадры произвелъ необычайный переполохъ въ Японіи. Японцевъ потревожилъ самый фактъ. появленія русскихъ миноносцевъ у Гензанскаго рейда, не говоря уже о томъ, что въ одинъ день японцы потеряли три коммерческія судна въ 4,800 рег. тоннъ, стоящихъ болѣе 1/2 милл. рублей, а съ грузомъ -- до 3/4 милл. рублей. Важнѣе всего, конечно, потеря свыше 600 чел. офицеровъ, солдатъ, матросовъ и кули, т.-е. почти столько же, сколько обычно теряется при большомъ морскомъ сраженіи, или при порядочномъ дѣлѣ на сушѣ.
Что же дѣлала въ это время японская сторожевая эскадра? По японскимъ оффиціальнымъ даннымъ, эскадра адмирала Камимуры будто бы дважды подходила къ Владивостоку, въ первый разъ 12-го апрѣля, т.-е. въ то время, когда адмиралъ Гессенъ былъ у Гензаыа; пройдя очень близко мимо русской эскадры, направлявшейся къ югу, и не замѣтивъ нашихъ судовъ въ густомъ туманѣ, Камимура будто бы продолжалъ путь къ Владивостоку. Тотъ же туманъ помѣшалъ Камимурѣ бомбардировать Владивостокъ. 12-го апрѣля Камимура повернулъ назадъ къ Гензану, причемъ 13-го снова прошелъ мимо нашей эскадры, возвращавшейся послѣ потопленія трехъ пароходовъ во Владивостокъ. Придя въ Гензанъ въ этотъ же день и узнавъ о судьбѣ "Кинсіу-мару", Камимура на слѣдующій день бросился къ Владивостоку, но было уже поздно. Эта исторія двукратной экспедиціи Камимуры къ Владивостоку крайне неправдоподобна и, повидимому, пущена въ ходъ японцами съ цѣлью оправдаться въ своей небрежности, поведшей къ катастрофѣ съ "Кинсіу-мару". Во-первыхъ, 12-го апрѣля японская эскадра у Владивостока не была: туманъ не могъ помѣшать днемъ различить подходящую эскадру, какъ этому не помѣшалъ туманъ 16-го апрѣля. Затѣмъ, два раза (11-го и 13-го апрѣля) большія эскадры, одна въ 6, другая въ 16 вымпеловъ, расходятся въ туманѣ; этотъ же туманъ и третій разъ помогаетъ намъ, и 11-го числа конвоирующіе "Кинсіу-мару" японскіе миноносцы теряютъ изъ вида огромный пароходъ и не слышатъ выстрѣловъ нашихъ 8-ми дюймовыхъ орудій съ "Россіи". Итакъ, всего за 5 дней 5 разъ насъ спасаетъ отъ японскаго нападенія все тотъ же-туманъ, который, однако, не спасъ отъ нашихъ крейсеровъ три японскіе парохода. Не слишкомъ ли много тутъ тумана, явно покровительствующаго адм. Іессену и враждебнаго адм. Камимурѣ? Гораздо вѣроятнѣе, какъ высказано военно-морскимъ обозрѣвателемъ "Русск. Вѣд.", что японскій главный морской штабъ (т.-е. начальникъ штаба адм. Ито), убаюканный двухмѣсячнымъ отсутствіемъ извѣстій о Владивостокской эскадрѣ, спохватился лишь послѣ гибели "Кинсіу-мару", и что Камимура получилъ приказъ идти къ Владивостоку не 10-го, а 13-го апрѣля. И для спасенія своей репутаціи адм. Ито взвалилъ отвѣтственность на подчиненнаго контръ-адмирала, а Камимура (по соглашенію съ Ито?) свалилъ вину на злокозненный руссофильскій туманъ.
Аварія съ "Богатыремъ".
Послѣ столь удачной экспедиціи нашъ крейсерскій отрядъ оставался во Владивостокѣ, такъ какъ въ Японскомъ морѣ крейсировала болѣе сильная японская эскадра вице-адм. Камимуры, заходившая даже въ заливъ Петра Великаго.
Во время этой стоянки одинъ изъ нашихъ крейсеровъ, "Богатырь", подвергся аваріи, о которой разсказано въ корреспонденціи "Русск. Сл." изъ Владивостока слѣдующее: Утромъ 2-го мая, при густомъ туманѣ, крейсеръ "Богатырь" съ контръ-адмираломъ Іессеномъ вышелъ изъ Владивостока. Временами туманъ настолько сгущался, что приходилось останавливать ходъ. Около полудня, приходѣ 10 узловъ въ часъ, вахтенный офицеръ замѣтилъ впереди берегъ, остановилъ машину, далъ ходъ назадъ. Но было уже поздно. Корабль глубоко врѣзался носомъ въ каменистую скалу берега: въ носовомъ отсѣкѣ (одно изъ 12-ти отдѣленій крейсера) пробило дно. Съ "Богатыря" былъ посланъ паровой катеръ во Владивостокъ. Съ быстротой молніи пролетѣла по городу вѣсть о несчастій. Многіе не хотѣли вѣрить, принимая извѣстіе за одну изъ многочисленныхъ утокъ. Только на другой день, съ уходомъ одного изъ крейсеровъ и сильнаго ледокола "Надежный" на помощь къ "Богатырю", всѣ убѣдились въ достовѣрности слуха, но не могли понять причины несчастія.
Начавшійся съ утра 3-го мая вѣтеръ перешелъ къ вечеру въ штормъ; "Богатыря" раскачивало все сильнѣй и сильнѣй; стала угрожать опасность затопленія крейсера; отданъ былъ приказъ командѣ перебраться на берегъ. На слѣдующій день, 4-го мая, вспомогательный крейсеръ и ледоколъ вернулись во Владивостокъ. Съ 5-го мая начались работы по разоруженію "Богатыря" {Неброненосный крейсеръ 2-го ранга "Богатырь" выстроенъ въ 1904 г. въ Штеттинѣ, на заводѣ "Вулканъ", имѣетъ водоизмѣщеніе въ и, с7б тоннъ и обладаетъ очень быстрымъ -- даже для крейсера -- ходомъ въ 23 узла, т.-е. 40 верстъ въ часъ, такъ какъ машины его достигаютъ громадной мощности въ 19,500 индикаторныхъ силъ. Артиллерія крейсера вся скорострѣльная и состоитъ изъ двадцати шести-дюймовыхъ, двѣнадцати трехъ-дюймовыхъ и дюжины болѣе мелкаго калибра орудій. Носовыя и кормовыя пушки поставлены въ вращающихся броневыхъ башняхъ, эта система у насъ примѣняется на броненосцахъ, а для крейсеровъ -- рѣдкость. Внѣшній видъ стройнаго трехтрубнаго крейсера очень красивъ.}, сняты орудія, минные аппараты и снаряды.
Съ пріѣздомъ командующаго флотомъ Тихаго океана вице-адмирала Н. И. Скрыдлова у всѣхъ опять появилась надежда на спасеніе "Богатыря". Были приняты всѣ мѣры, чтобы не раскачивало волной сидящій на камнѣ крейсеръ и употреблены въ дѣло всѣ портовыя средства для предварительной разгрузки и послѣдующаго снятія съ камня крейсера, средняя и кормовая части котораго совершенно не повреждены и находятся надъ большой глубиной. Надежда эта вполнѣ оправдалась; какъ извѣстно уже изъ оффиціальныхъ телеграммъ, "Богатырь" удалось снятъ съ камней вполнѣ благополучно.
Объ этой аваріи въ "Бакинскихъ Извѣст." напечатано интересное письмо одного изъ матросовъ на крейсерѣ "Богатырь":
"Мы пошли 2-го мая, пишетъ матросъ, съ адмираломъ на развѣдку. Былъ очень сильный туманъ, и мы наскочили на берегъ въ Амурскомъ заливѣ, верстъ сто отъ Владивостока, и тотъ заливъ ширины верстъ 10, не больше. На которую мы наскочили на скалу, она называется Брѣсовъ мысъ. Мы выскочили на берегъ 3 сажени, а всего наскочили на мель 26 саженъ, но, только когда наскочили на скалу, минутъ за 15 уменьшили ходъ, а то бы разбились вдребезги.