- Кто осмеливается говорить об измене! - воскликнул Орлик грозным голосом, быстро вскочив с места и поглядывая на всех гневно.
- Шведы!.. - отвечал Покотило с лукавою улыбкой.
В сию минуту вбежал казак и позвал Орлика к гетману. Он вышел, бросив грозный взгляд на целое собрание.
Убедясь в непоколебимой верности народа малороссийского к русскому царю и не доверяя счастью Карла XII, Орлик потерял надежду на успех замыслов Мазепы и с тех пор сделался угрюм и задумчив. Тайная грусть снедала его. Он не нарушал уважения и подчиненности к гетману, но уже не верил словам его, как прорицаниям. Мазепа ласкал его по-прежнему, но замечал в нем перемену, не доверял ему и даже подозревал в намерении оставить его и перейти на сторону русского царя.
Когда Орлик вошел в палатку, Мазепа сидел за своим письменным столиком.
- Садись, любезный Филипп! - сказал Мазепа, указывая на складной стул, стоявший возле стола.
Орлик сел, не промолвив слова.
- Надобно, чтоб ты выбрал человек десять надежных казаков, - сказал Мазепа. - Вот я сочинил универсал, который надобно переписать и разбросать по городам… Я прочту тебе…
Орлик горько улыбнулся.
- Я знаю, что вы не напишете дурно, - отвечал он, - да что пользы в этих универсалах! Ведь мы более сотни универсалов, различного содержания, пустили в ход, и никого не убедили пристать к нам! Только напрасно подвергнем опасности рассыльщиков наших или, что еще хуже, дадим им случай бежать от нас… Нас и так весьма немного!..