"Такіе люди, какъ Спиридоновъ, нынѣ рѣдки! Онъ пожертвовалъ всѣми блистательными надеждами, чтобъ покоить больную мать, чтобъ доставить ей облегченіе въ недугъ! Вотъ я уже два мѣсяца живу съ ними, и не видалъ у него никого, кромѣ несчастныхъ, которымъ онъ помогаетъ, побуждая къ благотворенію богатыхъ жителей квартала... Вы, Князь, имѣете знатную родню, друзей, связи. Ну, чтобъ вамъ вспомнить старинныя услуги и выхлопотать для Спиридонова мѣстечко или повышеніе, обративъ вниманіе начальства на его примѣрное поведеніе, на его усердіе къ службѣ, на его безкорыстіе, самоотверженіе..... Если бъ вы видѣли его на пожарѣ! Ну точнехонько Суворовскій гренадеръ на штурмѣ...."

Князь Каверзевъ не могъ терпѣть, когда при немъ хвалили чье либо поведеніе, и какъ нѣкоторыя слова изъ длинной рѣчи Еремѣева невольно поражали слухъ его, то онъ наконецъ вздумалъ заставить его молчать, и посмотрѣвъ на него насмѣшливо, сказалъ: -- "Извините, Иванъ Петровичъ, но я нахожусь въ такомъ кругу, что меня бы осмѣяли, если бъ я вздумалъ распространяться, подобно вамъ, въ похвалахъ полицейскому офицеру, и назвалъ его старымъ пріятелемъ и товарищемъ"

Еремѣевъ, согрѣтый виномъ и дружбою вспыхнулъ.-"Полицейскому офицеру!" проворчалъ онъ съ досадою. "А чѣмъ же онъ хуже другаго? Развѣ охранять спокойствіе, достояніе и честь гражданъ не столь же важная обязанность, какъ охранять пушку? Предразсудки, Князь, предразсудки!" воскликнулъ онъ, разгорячаясь болѣе и болѣе. "Конечно, нѣтъ почтеннѣе военнаго званія; но развѣ мы не видимъ изъ сентенцій военныхъ судовъ, что и въ военное званіе втираются люди, недостойные шпаги и эполетовъ? Все зависитъ отъ характера и поведенія человѣка, а не отъ званія или отъ мѣста, и мнѣ кажется, что честный полицейскій офицеръ гораздо почтеннѣе инаго...." --

Князь быстро вскочилъ съ мѣста, шаркнулъ стуломъ и, сказавъ трактирному служителю: -- "Записать на мой счетъ!" пожалъ руку своему собесѣднику, примолвивъ: "Извините, мнѣ нѣкогда, я долженъ проводить сестру въ театръ," вышелъ изъ комнаты.

Когда Князь надѣвалъ шинель, подошелъ къ нему блѣдный, сухощавый отрокъ въ очкахъ, который только что всталъ изъ за стола, уставленнаго бутылками, и сказалъ: -- "Что за оригинала привелъ ты съ собою, Князь?-- Фракъ его сшитъ по модѣ семидесятыхъ годовъ, а голова острижена, какъ у рекрута.... Это долженъ быть какой нибудь подьячій Не завелъ ли ты процессовъ съ твоими дядюшками и тетушками о долголѣтіи!"

-- "Это, братецъ, армейщина, одинъ изъ членовъ de la mauvaise compagnie, въ которой я осужденъ былъ влачить жизнь, по милости моего бывшаго шефа, que Je diable l'emporte! Этотъ еще изъ лучшихъ! Садись въ мою карету, если хочешь...".. Моя Маша сего дня въ фигуранткахъ, въ этомъ длинномъ балетъ Я подвезу тебя въ театра"."

-- "Пожалуй!" отвѣчалъ истощенный отрокъ: "а послѣ поѣдемъ на игру!"

-- "C'est convenu: рѣшено!" сказалъ Князь, и они вышли изъ рестораціи.

Было около шести часовъ. Еремѣевъ выпилъ три стакана холодной воды, посмотрѣлъ кругомъ и побрелъ домой, ворча про себя:-"Нѣтъ, изъ этого Князя не будетъ ничего путнаго. Въ другой раза" онъ не заманитъ меня въ эту французскую харчевню. Лучше кусокъ чернаго хлѣба съ квасомъ, въ бесѣдѣ человѣка съ душою, чѣмъ всѣ заморскія сласти съ этими модниками, которые сами не что иное, какъ паштеты, начиненные глупостью, чванствомъ, малодушіемъ и развратомъ. Жалкія французскія обезьяны! Постой! Дай мнѣ только кончить эту проклятую тяжбу, пристроить сиротъ, и вступить снова въ службу! Отплачу я вамъ! Ужъ попадется мнѣ въ лапы какой нибудь изъ этихъ фертиковъ! Я сдѣлаю его шелковымъ! Жаль, любезный Князекъ, что я не зналъ въ полку, что у тебя вмѣсто сердца трюфель!.... Я бы не сталъ просить за тебя....." --

Сердясь и браня такимъ образомъ Князя за его холодность къ судьбѣ его друга, Еремѣевъ взошелъ на лѣстницу, ведущую въ четвертый этажъ, гдѣ находилась квартира Квартальнаго Надзирателя. Старая служанка, умѣвшая сохранить въ пріемахъ и обращеніи слѣды минувшаго добраго быту ея господъ, отворила двери. Лицо ея было угрюмо и печально.-- "Что, каково здоровье Марѳы Матвѣевны?"спросилъ Еремѣевъ, предугадывая что-то непріятное.