-- "Барыня все по прежнему," отвѣчала служанка. "Но съ молодымъ бариномъ случилось несчастіе...."
-- "Что такое, говори скорѣе: гдѣ онъ? что съ нимъ?" спросилъ поспѣшно, почти скороговоркою, добрый Еремѣевъ.
-- "Онъ подъ арестомъ.".
-- "Вѣрно въ первый разъ въ жизни! У насъ, мать моя, въ полку бывало держи ухо востро.... то и знай, что провалишься на гаубвахту; спуску никому не было, однакожъ Алексѣй Петровичъ ни разу не былъ подъ арестомъ Ужъ вѣрно за чужую вину!"
-- "Не знаемъ, батюшка, за что."
-- "Вотъ я провѣдаю!" съ симъ словомъ Еремѣевъ уже былъ на лѣстницѣ.
-- "Подождите, Иванъ Петровичъ!" закричала кухарка въ слѣдъ. "Барыня просила, чтобъ вы повидались съ нею, когда придете. Алексѣй Петровичъ прислалъ вамъ записку." --
Еремѣевъ воротился и началъ шагать чрезъ двѣ и три ступени. Сбросивъ съ себя шинель въ кухнѣ, которая служила вмѣстѣ и передней -- онъ очутился у постели больной.