– Не будьте опрометчивы, – возразил светонец. – Люди не могут руководствоваться собственною волею, как животные инстинктом, и потому, для определения правого и неправового, составлены законы, а где законы, там должны быть и блюстители правосудия, которые обязаны разрешать трудные вопросы юридические в сомнительных случаях.
– Есть ли у вас ябеда в судах! – спросил я.
– Не знаю, что такое ябеда, – сказал светонец. – Растолкуйте.
– Когда вы не знаете ябеды, то я начинаю верить вашему счастию.
Мы вошли в огромное здание, которое было совершенно пусто.
– Где же толпы канцеляристов, где толпы просителей, поверенных?
– Мы ничего этого не знаем, – сказал светонец. – Незаконного не просим и не желаем, следовательно, и не знаем тяжеб. Но войдемте в судейскую.
В огромной зале лежала на налое небольшая книга законов; другая книга, журнал текущих дел, лежала на столе, и несколько дежурных судей дремало на стульях.
– Теперь более уверяюсь в счастии Утопии, – сказал я на ухо своему проводнику, – когда вижу, что судьи дремлют не от лени, а от безделья.
В это время судьи проснулись, и один из них подошел к нам и спросил, не требуем ли мы справки с законами или разрешения какого-нибудь спора. Узнав, что я чужестранец и посетил Суд из одного любопытства, судьи просили меня присесть и отдохнуть. Разговаривая с ними более часа о различных предметах, я узнал, что у них вовсе не случается тяжеб, а только бывают сомнения насчет законных или незаконных поступков или действий, и в таком случае их обязанность состоит в буквальном толковании законов. О взятках они даже не имели понятия. Распростившись с судьями, мы вышли на улицу и встретили толпы мальчиков и девочек, идущих в публичную школу учиться мастерствам и всякого рода механическим занятиям. Каждый светонец обязан непременно знать какое-нибудь искусство или мастерство, чтобы, в случае нечаянной потери своего имущества, мог пропитать себя собственными трудами.