-- Ненужно, -- возразил Гарольд. -- Я намерен дождаться Хильду и пойду домой только поздно ночью... Вообще я уже отдал приказания Сексвольфу. Мы с тобой с восходом солнца отправимся в Лондон, а оттуда уже выступим против бунтовщиков.
-- Хорошо... Прощай, благородная Юдифь! Прощай и ты, милая тетушка... Поцелуй меня еще раз, в залог нового свидания.
Тира нежно обняла его и шепнула ему:
-- Да, в могиле, Гакон!
Молодой человек запахнулся плащом и направился задумчиво к холму. Дойдя до могилы витязя, он встал подле нее.
Сделалось совершенно темно, и вокруг Гакона царствовало полнейшее молчание, когда вдруг над его ухом раздался чей-то ясный и отчетливый голос:
-- Чего ищет молодость у безмолвных могил? Ничто и никогда не могло удивить и поразить Гакона. Самообладание его заключало в себе что-то ужасное, если принять в расчет, как он еще молод. Он проговорил, не оборачиваясь:
-- Зачем ты называешь мертвецов молчаливыми, Хильда?
Пророчица положила руку на его плечо и взглянула ему в лицо.
-- Ты прав, сын Свена, -- ответила она. -- Абсолютного молчания нет нигде, и для души никогда нет покоя... Так ты вернулся на родину, Гакон?