-- Ты угадываешь по внушению неба то, чему я научился только опытом и искусством, -- сказал он. -- Иди, и Бог да пошлет тебе успех... пусть будет по-твоему!
-- Он заступает твое место, Свен: ты старший, -- заметил Тостиг брату.
-- На моей душе лежит бремя греха, и тоска гложет мое сердце! -- ответил Свен грустно. -- Если Исав потерял свое право первородства, то неужели Каин сохранит его?
Проговорив эти слова, он отошел от Тостига и, прислонившись к корме корабля, опустил лицо на край своего щита.
Гарольд взглянул на него с выражением глубокого сострадания, поспешно приблизился к нему и, дружески пожав его руку, шепнул:
-- Брат, прошу: не вспоминай о прошлом. Гакон, тихонько последовавший за отцом, поднял на
Гарольда свои задумчивые, грустные глаза. Когда же тот удалился, он сказал Свену робкий голосом:
-- Он один, по крайней мере, всегда добр и сострадателен к тебе и ко мне.
-- А ты, когда меня не будет, привяжись к нему и люби его, как твой отец, Гакон, -- ответил Свен, с любовью приглаживая темные кудри ребенка.
Мальчик вздрогнул и, наклонив голову, прошептал про себя: