-- Мистеръ Гэзельденъ, простите меня, сказалъ онъ, съ видомъ раскаянія: -- мнѣ должно бы съ разу догадаться, что отступленіе отъ правилъ благоприличія сдѣлано было вами подъ вліяніемъ вспыльчивости вашего нрава. Но все же это слишкомъ непріятная исторія: Ленни дерется въ воскресенье. Это такъ несообразно съ его характеромъ.... Право, я рѣшительно не знаю, какъ принимать все это.
-- Сообразно или несообразно, я этого не знаю, отвѣчалъ сквайръ: -- знаю только, что молодому Лесли нанесено самое грубое оскорбленіе; и оно тѣмъ худшій принимаетъ видъ, что я и Одлей не можемъ называться лучшими друзьями въ мірѣ. Не могу объяснить себѣ, продолжалъ мистеръ Гэзельденъ, задумчиво:-- но кажется, что между мной и этимъ моимъ полубратомъ должна существовать всегдашняя борьба. Было время, когда меня, сына его родной матери, чуть-чуть не убили на повалъ: стоило только пулѣ вмѣсто плеча попасть въ легкія; теперь родственникъ его жены, и мой тоже родственникъ -- его бабушка носила нашу фамилію -- трудолюбивый, прилежный, начитанный юноша, какъ говорили мнѣ, едва только ступилъ ногой въ самую мирную вотчину изъ Трехъ Соединенныхъ Королевствъ, какъ на него съ остервенѣніемъ нападаетъ мальчикъ самый кроткій, какого когда либо видѣли.-- Да! торжественно воскликнулъ сквайръ: -- это хоть кого поставитъ въ тупикъ.
-- Сказанія древнихъ сообщаютъ намъ подобные примѣры въ нѣкоторыхъ семействахъ, замѣтилъ Риккабокка:-- напримѣръ, въ семействѣ Пелопса и сыновей Эдипа -- Полиника и Этеокла.
-- Вонъ еще что вздумали! возразилъ мистеръ Дэль: -- скажите лучше, что вы намѣрены дѣлать теперь?
-- Что дѣлать? сказалъ сквайръ: -- я думаю, прежде всего должно сдѣлать удовлетвореніе молодому Лесли. И хотя мнѣ хочется избавить Лении Ферфильда, этого забіяку, отъ публичнаго наказанія, и избавить собственно для васъ, мистеръ Дэль, и для мистриссъ Фэрфильдъ, но наказать его тайкомъ...
-- Остановитесь, сэръ! прервалъ Риккабокка кроткимъ тономъ:-- и выслушайте меня.
И итальянецъ, съ чувствомъ и особеннымъ тактомъ, началъ говорить въ защиту своего бѣднаго protégé. Онъ объяснилъ, какимъ образомъ заблужденіе Ленни произошло собственно отъ ревностнаго, но ошибочнаго желанія оказать услугу сквайру, и произошло вслѣдствіе приказаній, полученныхъ отъ мистера Стирна.
-- Это обстоятельство измѣняетъ сущность всего дѣла, сказалъ сквайръ, совершенно успокоенный словами Риккабокка.-- Теперь остается только представить моему родственнику надлежащее извиненіе.
-- Именно такъ! это весьма справедливо, замѣтилъ мистеръ Дэль: -- но я все еще не постигаю, какимъ образомъ Ленни выпутался изъ колоды.
Риккабокка снова началъ объясненія, и, признавая себя главнымъ участникомъ въ освобожденіи Ленни, онъ изобразилъ трогательную картину стыда и отчаянія бѣднаго мальчика.