-- Хотѣлось бы мнѣ увидѣть его, сказалъ Ричардъ: -- очень бы хотѣлось. Ну, что, скажите, имѣетъ ли онъ хоть манеру порядочнаго человѣка, или онъ похожъ на деревенскаго парня?
-- Могу увѣрить васъ, что разговоръ его такъ уменъ и приличенъ и обращеніе его такъ скромно и деликатно, что, право, иной богатый джентльменъ сталъ бы гордиться подобнымъ сыномъ.
-- Странно, замѣтилъ Ричардъ: -- какая разница бываетъ въ членахъ одного и того же семейства. Вотъ хоть бы Джэнъ, которая не умѣетъ ни читать, ни писать, только и годилась быть женой какого нибудь мастерового; она не имѣла ни малѣйшаго понятія о томъ, что выше ея положенія въ свѣтъ; и потомъ, когда я вспоминаю о бѣдной сестрѣ моей Норѣ... вы не повѣрите, сэръ, эта сестра была во всѣхъ отношеніяхъ прекраснѣйшее созданіе въ цѣломъ мірѣ, даже еще въ самомъ раннемъ дѣтскомъ возрастѣ; по крайней мѣрѣ она была не болѣе какъ ребенокъ, когда я отправлялся въ Америку. И часто, прокладывая себѣ, дорогу въ жизни, очень часто говаривалъ я самъ себѣ: "моя маленькая Нора современемъ будетъ настоящая лэди!" Бѣдняжка! не удалось мнѣ увидѣть ее: она умерла въ самомъ цвѣтѣ своихъ лѣтъ.
Голосъ Ричарда дрожалъ. Мистеръ Дэль крѣпко прижалъ его руку къ себѣ.
-- Ничто такъ не улучшаетъ насъ, какъ воспитаніе, сказалъ онъ, послѣ нѣкотораго молчанія.-- Я полагаю, что ваша сестра Нора получила большое образованіе и умѣла воспользоваться этимъ: то же самое можно сказать и о вашемъ племянникѣ.
-- Посмотримъ, посмотримъ, сказалъ Ричардъ, сильно топнувъ ногой о тротуаръ: -- и если онъ понравится мнѣ, то я постараюсь замѣнить ему мѣсто отца. Замѣтьте, мистеръ.... какъ васъ зовутъ, сэръ?
-- Дэль.
-- Замѣтьте, мистеръ Дэль, вѣдь я человѣкъ холостой. Можетъ статься, я женюсь, а можетъ быть, и нѣтъ. Впрочемъ, мнѣ не хочется остаться, какъ говорится, на всю жизнь бобылемъ! Если удастся мнѣ съискать знатную лэди, то почему и не такъ! Впрочемъ, это еще впереди; а до того времени мнѣ бы пріятно было имѣть племянника, котораго бы мнѣ нестыдно было показывать порядочнымъ людямъ. Извольте видѣть, сэръ, я человѣкъ новый, я, такъ сказать, строитель моего богатства и счастія; и хотя я успѣлъ-таки пособрать кое-что по части умственнаго образованія -- какимъ образомъ, ужь того я не знаю,-- вѣроятно, въ то время, какъ я карабкался на лѣстницу, достигая счастія,-- но при всемъ томъ, возвратясь въ отечество, я вижу ясно, что для здѣшнихъ лэди я вовсе не пара; а почему? потому что не умѣю показать себя въ гостиныхъ такъ хорошо, какъ бы хотѣлось мнѣ. Я могъ бы сдѣлаться членомъ Парламента, еслибъ захотѣлъ; но тогда, пожалуй, чего добраго, я былъ бы посмѣшищемъ для другихъ. Принимая все это въ разсчетъ, еслибъ я могъ пріобрѣсть младшаго товарища, который принялъ бы на себя всѣ занятія по части учтивости и свѣтскаго обращенія, который показывалъ бы только товаръ, то я полагаю, что домъ Эвенеля и Комп. оказалъ бы немаловажную честь британцамъ. Понимаете ли вы меня?
-- Совершенно понимаю, отвѣчалъ мистеръ Дэль, сохраняя серьёзный видъ, но въ душѣ онъ смѣялся.
-- Теперь вотъ еще что я долженъ сказать вамъ, продолжалъ новый человѣкъ: -- я нисколько не стыжусь того, что возвысился въ жизни моими собственными заслугами, и не скрываю прежняго своего положенія. Въ домѣ своемъ я часто люблю говорить своимъ гостямъ: я пріѣхалъ въ Нью-Йоркъ съ десятью фунтами стерлинговъ,-- и вотъ теперь, видите, что я такое. Несмотря на богатство, которымъ я обладаю, я не могу жить вмѣстѣ съ родителями. Люди примутъ васъ къ себѣ со всѣми вашими недостатками, если вы богаты; но нельзя же навязывать имъ въ придачу къ этимъ недостаткамъ и ваше семейство. Поэтому, если я не хочу, чтобы отецъ мой и мать, которыхъ я люблю болѣе всего на свѣтѣ, сидѣли за моимъ столомъ и мои лакеи стояли бы за ихъ стульями, то и подавно не хочу видѣть въ своемъ домѣ сестру Джэнъ. Я помню ее очень хорошо и не думаю, чтобы съ лѣтами она сдѣлалась благовоспитаннѣе. И потому прошу васъ покорнѣйше, не совѣтуйте ей пріѣзжать ко мнѣ: этого не должно быть ни подъ какимъ видомъ. Вы не говорите ей ни слова обо мнѣ. Но пришлите ея сына къ дѣдушкѣ; а я его уже тамъ осмотрю.... понимаете?