Путешественникъ, человѣкъ полнокровный, чувствовалъ, что онъ едва не задыхался. Онъ снялъ всѣ шарфы и отказался отъ кислорода, какъ истинный герой.
Спустя немного, онъ придвинулся къ страдальцу и взялъ его за пульсъ.
-- Я боюсь, сэръ, у васъ лихорадка. Я медикъ. Тс! разъ.... два.... Клянусь Юпитеромъ! вамъ ни подъ какимъ видомъ нельзя быть въ дорогѣ. Вы совсѣмъ не годитесь для этого.
Мистеръ Дигби кивнулъ головой: онъ не въ силахъ былъ отвѣчать.
Путешественникъ засунулъ руку въ боковой карманъ и вынулъ оттуда, по видимому, сигарочницу, но на самомъ дѣлѣ это былъ небольшой кожаный футляръ, заключавшій въ себѣ множество миніатюрныхъ сткляночекъ. Изъ одной изъ этихъ сткляночекъ онъ вынулъ двѣ крошечныя крупинки.
-- Откройте ротъ, сказалъ онъ возьмите эти крупинки на самый кончикъ языка. Онѣ нѣсколько ослабятъ вашъ пульсъ... остановятъ развитіе горячки. Сію минуту будетъ лучше.... Но ѣхать въ дилижансѣ дальше первой станціи -- ни за что!... Вамъ нуженъ покой нужно полежать въ постели. Это аконитъ и генбанъ! гм! Вашъ отецъ очень слабой комплекціи... очень робкаго характера Вѣроятно, на него сильно подѣйствовалъ испугъ.... Не такъ ли, дитя мое?
-- Кажется, что такъ, отвѣчала, едва слышнымъ голосомъ, Гэленъ.
Слова путешественника изумили ее, встревожили. Она готова была принять его за чародѣя.
-- Въ такомъ случаѣ хорошо бы попробовать фосфору! воскликнулъ незнакомецъ: -- а этотъ глупецъ Броунъ непремѣнно прописалъ бы мышьяку! Сдѣлайте милость, никогда не соглашайтесь принимать мышьяку.
-- Мышьяку, сэръ! отвѣчалъ кроткій Дигби.-- Сохрани Богъ! какъ бы ни были велики несчастія человѣка, по посягнуть на самоубійство -- въ высшей степени преступно.