-- Извините меня. Я схожу туда и узнаю, что тамъ случилось; пожалуста, не уходите отсюда до моего возвращенія.
Вмѣстѣ съ этимъ онъ бросился впередъ и въ нѣсколько секундъ достигнулъ группы, которая съ особеннымъ радушіемъ разступилась, чтобъ дать ему дорогу.
-- Что такое случилось здѣсь? спрашивалъ онъ съ нетерпѣніемъ и въ то же время съ боязнію.
Изъ толпы никто не отвѣчалъ. Онъ сдѣлалъ еще нѣсколько шаговъ и увидѣлъ племянника своего въ объятіяхъ женщины!
-- Праведное небо! воскликнулъ Ричардъ Эвенель.
ГЛАВА XLIII.
И въ объятіяхъ какой еще женщины!
На ней надѣто было простое ситцовое платье,-- весьма опрятное -- это правда, но котораго не надѣла бы другая служанка изъ хорошаго дома; и какіе толстые, ужасные башмаки! На ней была черная соломенная шляпка; вмѣсто шали, ея станъ повязанъ былъ бумажнымъ платкомъ, который не стоилъ и шиллинга! Наружность ея была почтенная, въ этомъ нѣтъ никакого сомнѣнія, но зато страшно запыленная! И эта женщина повисла на шею Леонарда, кротко выговаривала ему, нѣжно ласкала и громко, очень громко рыдала.
-- Праведное небо! воскликнулъ мистеръ Ричардъ Эвенель.
И въ то время, какъ онъ произносилъ эти слова, женщина быстро обернулась къ нему. Кончивъ съ Леонардомъ, она бросилась на Ричарда Эвенеля и, сжимая въ объятіяхъ своихъ и синій фракъ, и махровую розу, и бѣлый жилетъ, громко восклицала, не прекращая рыданій: