Гарлей не безъ удовольствія замѣтилъ ея душевное волненіе: онъ обманулся бы въ своихъ ожиданіяхъ, сдѣлавъ открытіе, что въ невинной душѣ ея не было надлежащей воспріимчивости болѣе нѣжныхъ чувствъ.
-- Я вѣрю, Гэленъ, сказалъ Гарлей: -- вѣрю, что для васъ тяжело разлучаться съ тѣмъ, кто замѣнялъ вамъ мѣсто брата. Не презирайте меня за этотъ поступокъ. Во всякомъ случаѣ, я считаю себя вашимъ покровителемъ, и въ настоящее время вашъ домъ долженъ быть моимъ домомъ. Мы уѣзжаемъ изъ этой страны холодныхъ облаковъ и тумана въ страну нескончаемаго лѣта. Вамъ не нравится это? Вы плачете, дитя мое? вы оплакиваете своего друга? но не забудьте о другѣ вашего отца. Я человѣкъ одинокій и, при своемъ одиночествѣ, постоянно ношу въ душѣ моей печаль: неужели, Гэленъ, вы не согласитесь утѣшить меня? Вы жмете мнѣ руку; но къ этому вы должны научиться и улыбаться мнѣ. Вы родились быть утѣшительницей. А замѣтьте, въ душѣ утѣшительницы не должно таиться эгоистическаго чувства: утѣшая другихъ, она всегда должна выражать на лицѣ своемъ искреннюю радость.
Голосъ Гарлея былъ до такой степени нѣженъ, его слова такъ прямо западали въ сердце Гэленъ, что она взглянула на него, въ то время, какъ онъ поцаловалъ ея умное личико. Но вмѣстѣ съ этимъ она вспомнила о Леонардѣ и почувствовала въ душѣ своей такое одиночество, такое лишеніе, что слезы снова покатились изъ ея глазъ. Прежде, чѣмъ осушены были эти слезы, въ комнату вошелъ Леонардъ, и Гэленъ, повинуясь непреодолимому влеченію, бросилась въ его объятія и, склонивъ голову на плечо Леонарда, произносила сквозь рыданіе:
-- Я уѣзжаю отъ тебя, братъ мой! Не печалься, другъ мой, старайся не замѣчать моего отсутствія.
Гарлей былъ сильно разстроганъ; сложивъ руки на грудь, онъ безмолвно смотрѣлъ на эту сцену; глаза его были влажны.
"Это сердце -- подумалъ онъ -- стоитъ того, чтобъ овладѣть имъ."
Онъ отвелъ Леонарда въ сторону и шопотомъ произнесъ:
-- Утѣшайте, но вмѣстѣ съ тѣмъ ободряйте и подкрѣпите ее. Я оставляю васъ однихъ; приходите послѣ въ садъ.
Прошло болѣе часа, когда Леонардъ возвратился къ Гарлею.
-- Надѣюсь, что она осталась не въ слезахъ? спросилъ л'Эстренджъ.