-- Я такъ еще мало знаю графа Пешьера, что всѣ мои свѣдѣнія о немъ основаны на свѣтскихъ толкахъ. Говорятъ, что онъ пользуется всѣми доходами съ имѣнія своего родственника, который оставилъ свое отечество.
-- Это правда. Пусть онъ и довольствуется этимъ: чего же еще желаетъ онъ? Вы намекнули мнѣ объ угрожающей опасности: скажите, въ чемъ заключается эта опасность? Я нахожусь въ Англіи и, слѣдовательно, пользуюсь защитою ея законовъ.
-- Позвольте мнѣ узнать, дѣйствительно ли графъ Пешьера можетъ считать себя законнымъ наслѣдникомъ тѣхъ имѣній, которыми онъ пользуется и пользуется, вѣроятно, на томъ основаніи, что родственникъ его и владѣтель этихъ имѣній не имѣетъ дѣтей?
-- Можетъ, отвѣчалъ Риккабокка.-- Что же изъ этого слѣдуетъ?
-- Мнѣ кажется, одна эта мысль уже грозитъ опасностью дитяти того родственника.
Риккабокка отступилъ и, съ трудомъ переводя дыханіе, произнесъ:
-- Дитяти! Надѣюсь, что вы не намѣрены сказать мнѣ, что этотъ человѣкъ, при всемъ своемъ безславіи, не замышляетъ къ прежнимъ своимъ преступленіямъ прибавить преступленіе убійцы?
Рандаль смутился. Его положеніе было щекотливое. Онъ не зналъ, что именно служило поводомъ ненависти Риккабокка къ графу. Онъ не зналъ, согласится ли Риккабокка на бракъ, который бы возвратилъ его въ отечество, и потому рѣшился прокладывать себѣ дорогу ощупью.
-- Я не думалъ, сказалъ Рандаль, съ серьёзной улыбкой: -- приписывать такого ужаснаго обвиненія человѣку, котораго я ни разу не видѣлъ. Онъ ищетъ васъ -- вотъ все, что я знаю,-- и заключаю, что въ этомъ поискѣ онъ имѣетъ въ виду сохраненіе своихъ интересовъ. Быть можетъ, всѣ дѣла примутъ благопріятный оборотъ при вашемъ свиданіи.
-- При свиданіи! воскликнулъ Риккабокка: -- я могу допустить одну только возможность нашей встрѣчи -- нога къ ногѣ и рука къ рукф.