-- Это правда. И я удивляюсь -- почему?
Графиня улыбнулась, несмотря на желаніе сохранить серьёзный видъ.
-- Скажи мнѣ подробнѣе, какъ совершалось это дѣло. Ты взялъ ее еще ребенкомъ и рѣшился воспитать ее по образцу своего идеала. Легко ли это было?
-- Легко; такъ по крайней мѣрѣ мнѣ казалось. Я желалъ внушить ей любовь истины и вѣрности: но она уже отъ природы вѣрна какъ день. Расположеніе къ природѣ и вообще ко всему натуральному она имѣла врожденное. Труднѣе всего было сообщать ей понятіе объ искусствахъ, какъ вспомогательныхъ средствахъ къ постиженію натуры. Но полагаю, что и это придетъ своимъ чередомъ. Вы слышали, какъ она играетъ и поетъ?
-- Нѣтъ.
-- Она удивитъ васъ. Въ живописи она не сдѣлала большихъ успѣховъ; но, несмотря на то, я смѣло могу сказать, что она вполнѣ образована. Характеръ, душа, умъ -- вотъ ея достоинства, которыя я ставлю выше всего.
Гарлей замолчалъ и подавилъ тяжелый вздохъ.
-- Во всякомъ случаѣ, я надѣюсь быть счастливымъ, сказалъ онъ и началъ заводить часы.
-- Безъ всякаго сомнѣнія, она должна любить тебя, сказала графиня, послѣ продолжительнаго молчанія.-- Неужли она обманетъ твои ожиданія?
-- Любить меня? Неоцѣненная мама -- вотъ этой вопросъ, который я долженъ предложить.