И вмѣстѣ съ этимъ онъ протянулъ четыре пригласительныя карточки.
-- Съ величайшимъ удовольствіемъ! воскликнулъ Спендквиккъ.-- Я вообще небольшой охотникъ до танцевъ; но, чтобъ сдѣлать удовольствіе Иксу.... то есть я хочу сказать, чтобъ короче познакомиться съ вами, сэръ, я готовътанцовать на канатѣ!
Энтузіазмъ Спендквикка возбудилъ сильный смѣхъ, который кончился принятіемъ карточекъ и пожатіемъ рукъ съ Эвеыелемъ.
-- Вы, сколько я могъ судить, непохожи на танцора, сказалъ Эвенель, обращаясь къ остроумному молодому человѣку, который былъ нѣсколько тученъ и имѣлъ расположеніе къ подагрѣ, какъ и вообще всѣ остроумные люди, которые въ теченіе недѣли проводятъ пять дней на званыхъ обѣдахъ: -- вмѣсто танцевъ мы превосходно съ вами поужинаемъ.
Молодой человѣкъ, оскорбленный грубымъ возраженіемъ Эвенеля во время обѣда, пренебрегъ этимъ предложеніемъ и отвѣчалъ весьма сухо, что "каждый часъ его времени имѣетъ уже давно свое назначеніе". Сдѣлавъ принужденный поклонъ барону, онъ удалился. Прочіе гости, въ самомъ пріятномъ расположеніи духа, поспѣшили сѣсть въ свои кабріолеты, Лесли вышелъ вслѣдъ за ними; но въ пріемной баронъ остановилъ его.
-- Останьтесь здѣсь, мистеръ Лесли, сказалъ онъ: -- мнѣ нужно поговорить съ вами.
Баронъ пошелъ въ гостиную; мистеръ Лесли послѣдовалъ за нимъ.
-- Не правда ли, пріятные молодые люди, сказалъ Леви, съ едва замѣтной улыбкой, опустившись въ покойное кресло и поправляя огонь въ каминѣ: -- и вовсе не горды; одно только жаль, что черезчуръ много обязаны мнѣ. Да, мистеръ Лесли, они должны мнѣ очень, очень много. А propos: я имѣлъ весьца длинный разговоръ съ Франкомъ Гэзельденомъ. Кажется, что я могу поправить его дѣла. По наведеннымъ справкамъ, оказывается, что вы были совершенно правы: казино дѣйствительно записано на Франка. Это его наслѣдственное имѣнье. Онъ можетъ распоряжаться правомъ на наслѣдство, какъ ему угодно. Такъ что въ нашихъ условіяхъ никакого не можетъ встрѣтиться затрудненія.
-- Однако, я сказалъ вамъ, что Франкъ совѣстится дѣлать займы, разсчитывая на смерть своего отца.
-- Ахъ, да! дѣйствительно вы говорили. Сыновняя любовь! А я, признаюсь, въ серьёзныхъ дѣлахъ никогда не принимаю въ разсчетъ этого обстоятельства. Знаете ли, что подобная совѣстливость хотя и въ высшей степени приноситъ честь человѣческой натурѣ, но совершенно исчезаетъ, лишь только откроется перспектива долговой тюрьмы. Къ тому же, какъ вы сами весьма основательно замѣтили, нашъ умный молодой другъ влюбленъ въ маркизу ди-Негра.