-- Касательно помѣстій, о которыхъ вы говорили, отвѣчалъ Рандаль: -- я охотно покупаю ихъ, на условіяхъ, которыя вы изъяснили. Одно только безпокоитъ меня, какимъ образомъ объясню я Одлею Эджертону, моимъ родителямъ, наконецъ всему обществу, средства этой покупки?
-- Правда, сказалъ баронъ и даже не улыбнулся на этотъ умный и чисто греческій способъ высказать свою мысль и въ то же время скрыть ея безобразіе: -- правда! намъ нужно подымать объ этомъ. Еслибъ только можно было съ нашей стороны скрыть настоящее имя покупателя въ теченіе года, или около того, тогда бы нетрудно было устроить это дѣло: мы бы распустили слухъ, что вамъ удалась одна коммерческая операція; а впрочемъ, легко можетъ случиться, что Эджертонъ умретъ къ тому времени, и тогда всѣ будутъ полагать, что онъ умѣлъ сберечь для васъ значительный капиталъ изъ руинъ своего богатства.
-- Разсчитывать на смерть Эджертона слишкомъ ненадежно!
-- Гм! произнесъ баронъ.-- Впрочемъ, это еще впереди, намъ много еще будетъ времени обдумать это. А теперь можете ли вы сказать намъ, гдѣ обрѣтается невѣста?
-- Разумѣется. Поутру я не могъ, а теперь могу. Я поѣду съ вами къ графу. Между прочимъ, я видѣлъ маркизу ди-Негра; она непремѣнно приметъ Франка Гэзельдена, если онъ немедленно сдѣлаетъ ей предложеніе.
-- Развѣ онъ не рѣшается на это?
-- Въ томъ-то и дѣло, что нѣтъ! Я былъ у него. Онъ въ восторгѣ отъ моихъ убѣжденій, но считаетъ долгомъ получить сначала согласіе родителей. Нѣтъ никакого сомнѣнія, что они не дадутъ его; а если дѣло хоть немного затянется, тогда маркиза охладѣетъ. Она находится теперь подъ вліяніемъ страстей, на продолжительность которыхъ разсчитывать нельзя.
-- Какихъ страстей? ужь не любви ли?
-- Да, любви; но только не къ Франку. Страсти, которыя располагаютъ ее принять руку Франка, суть желаніе мести и ревность. Короче сказать, она полагаетъ, что тотъ, который, по видимому, такъ странно и такъ внезапно пробудилъ въ ней нѣжныя чувства, остается равнодушнымъ къ ея прелестямъ потому, что ослѣпленъ прелестями Віоланты. Она готова помогать во всемъ, что только можетъ предать ея соперницу въ руки Пешьера; и, кромѣ того -- можете представить себѣ непостоянство женщины! (прибавилъ молодой философъ пожавъ плечами) -- кромѣ того, она готова лишиться всякой возможности овладѣть тѣмъ, кого любитъ, и выйти за мужъ за другого!
-- Во всемъ видна женщина! замѣтилъ баронъ, щелкнувъ по крышкѣ золотой табакерки, и вслѣдъ за тѣмъ отправилъ въ ноздри щепотку араматическаго табаку.-- Но кто же этотъ счастливецъ, котораго Беатриче удостоила такой чести? Роскошное созданіе! Я самъ имѣлъ виды на нее, скупалъ ея векселя, но вскорѣ раздумалъ: это могло бы поставить меня въ щекотливое положеніе въ отношеніи къ графу. Все къ лучшему.... Кто бы это такой? ужь не лордъ ли л'Эстренджъ?