Леви сѣлъ за столъ и разложилъ на немъ бумагу, покрытую длиннымъ рядомъ цыфръ, написанныхъ весьма красивымъ почеркомъ,-- рядомъ цыфръ по случаю двухъ заемныхъ обязательствъ, которымъ предопредѣлено изгладиться посмертными обязательствами на казино.
Черезъ нѣсколько времени, которое для Франка казалось нескончаемымъ, графъ снова показался въ гостиной. Онъ отвелъ Франка въ сторону, сдѣлавъ въ то же время знакъ барону Леви, который всталъ и вышелъ въ другую комнату.
-- Ну, молодой мой другъ, сказалъ Пешьера: -- мои подозрѣнія оказались основательными; сердце моей сестры давно принадлежитъ вамъ. Позвольте, позвольте: выслушайте меня. Но, къ несчастію, я сообщилъ ей о вашемъ великодушномъ предложеніи; это было сдѣлано чрезвычайно неосторожно, весьма необдуманно съ моей стороны и чуть-чуть не испортило всего дѣла. Въ ней столько гордости, столько благороднаго чувства независимости, она до такой степени боится, что васъ принудили сдѣлать необдуманный шагъ, о которомъ вы впослѣдствіи станете сожалѣть,-- до такой степени, говорю я, что она, по всей вѣроятности, будетъ говорить вамъ, будто бы не любитъ васъ, не можетъ принять ваше предложеніе, и тому подобное. Но любящіе, напримѣръ, какъ вы, не такъ легко поддаются обману. Не обращайте вниманія на ея слова.... Впрочемъ, вы сами увидите и тогда убѣдитесь въ истинѣ моихъ словъ. Не угодно ли -- пойдемте.
Франкъ механически пошелъ за графомъ, который поднялся по лѣстницѣ и безъ всякаго предувѣдомленія вошелъ въ комнату Беатриче. Маркиза стояла отвернувшись отъ входа; однако, Франкъ видѣлъ, что она плакала.
-- Я привелъ моего друга. Пусть онъ самъ объяснится съ вами, сказалъ графъ по французски.-- Пожалуста, любезная сестрица, не забудьте моего совѣта: отбросьте всю совѣсть и не отклоняйте отъ себя такой блестящей перспективы на вѣрное и прочное счастіе. Не забудьте же, сестрица!
Графъ удалился, оставивъ Франка наединѣ съ Беатриче.
Вслѣдъ за тѣмъ маркиза быстро и съ видомъ отчаянія обернулась къ своему обожателю и приблизилась къ мѣсту, гдѣ онъ стоялъ.
-- Неужели это правда? сказала она, сжимая себѣ руки.-- Вы хотите спасти меня отъ позора, отъ тюрьмы.... и что въ замѣнъ этого могу я дать вамъ? мою любовь? Нѣтъ, нѣтъ! Я не хочу обманывать васъ. При всей вашей молодости, при всей красотѣ и благородствѣ вашемъ, я не могу любить васъ той любовью, которую вы заслуживаете. Уйдите, оставьте этотъ домъ; вы еще не знаете моего брата. Уйдите, уйдите, пока еще во мнѣ столько силы, столько добродѣтели отвергнуть все, что можетъ защитить меня отъ его козней,-- все, что можетъ.... О, умоляю васъ, уйдите, уйдите....
-- Вы не любите меня, сказалъ Франкъ.-- Это меня не удивляетъ: вы такъ превосходите меня во всѣхъ отношеніяхъ. Я отказываюсь даже отъ надежды.... вы велите мнѣ оставить васъ, и я исполняю ваше приказаніе. Но, по крайней мѣрѣ, я не разстанусь съ правомъ моимъ оказать вамъ услугу. Что касается другого, я поставлю себѣ въ безсовѣстность выражать въ такую минуту передъ вами свою любовь и настоятельно требовать вашей руки.
Франкъ отвернулся и тотчасъ удалился. Онъ даже не остановился въ гостиной, прошелъ въ пріемную и тамъ написалъ коротенькую записку, въ которой поручалъ барону Леви прекратить дальнѣйшее слѣдствіе долгового иска, и просилъ его пріѣхать къ нему на квартиру съ необходимыми принадлежностями и, въ заключеніе, не говоритъ объ этомъ графу ни слова.