Мистеръ Дэль. Что ни говорите, а мнѣ больно было смотрѣть на этого молодого человѣка, когда онъ стоялъ передъ собраніемъ судей; больно было смотрѣть на его умное лицо и слышать его смѣлое, откровенное признаніе, его борьбу съ пріобрѣтеніемъ знанія и конецъ этой борьбы. Бѣдный! онъ не зналъ, что знаніе есть искра огня, которую страшно заронить въ груды льну! И, о сквайръ, понимаете ли вы вопль отчаянія его матери, когда судъ произнесъ приговоръ, которымъ онъ подвергался ссылкѣ на всю жизнь? этотъ вопль и теперь еще раздается у меня въ ушахъ! И какъ вы думаете, Леонардъ, кто вовлекъ его въ это заблужденіе? причиной всего зла -- мѣшокъ странствующаго мѣдника. Вѣроятно, вы не забыли Спротта?
Леонардъ. Мѣшокъ странствующаго мѣдника? Спротта?
Сквайръ. Да, милостивый государь, Спротта, первѣйшаго бездѣльника, какого только можно представить себѣ. Впрочемъ, и онъ не отвертѣлся отъ нашихъ рукъ. Представьте себѣ, его мѣшокъ былъ биткомъ набитъ трактатами, возбуждающими ненависть ко всякому порядочному человѣку, и фосфорными спичками, приготовленными по новѣйшему способу,-- вѣроятно, для того, чтобы мои скирды изучили теорію произвольнаго самосозженія. Крестьяне покупали спички....
Мистеръ Дэль. А несчастный деревенскій геній -- трактаты.
Сквайръ. И то и другое имѣло благозвучный девизъ: "Распространять въ рабочемъ классѣ народа, что знаніе есть сила". Слѣдовательно, я весьма справедливо замѣтилъ, что знаніе сожгло мои скирды. Знаніе воспламенило деревенскаго генія,-- деревенскій геній воспламепилъ другихъ подобныхъ ему неучей, а они воспламенили мои скирды. Какъ бы то ни было, спички, трактаты, деревенскій геній и Спроттъ, подобру и поздорову, всѣ вмѣстѣ отправились въ Ботани-Бей, и въ округѣ нашемъ, по прежнему, спокойно. Теперь, прошу покорно, мистеръ Ферфильдъ, извините меня, а при мнѣ оставьте ваше знаніе въ покоѣ. Сжечь такія чудеснѣйшія скирды хлѣба! А знаете ли, Дэль, я подозрѣвалъ, что вамъ было жаль этого негодяя Спротта, и когда его выводили изъ суда, мнѣ показалось, будто вы о чемъ-то шептались съ нимъ.
Мистеръ Дэль. Ваша правда, сквайръ: я спросилъ его, чти сдѣлалось съ его осломъ,-- съ этимъ безобиднымъ животнымъ!
Сквайръ. Безобиднымъ! Сбилъ съ ногъ меня въ чертополохъ на лугу моей деревни! Помню, помню.-- Ну, и что же онъ сказалъ вамъ?
Мистеръ Дэль. Спроттъ сказалъ мнѣ только три слова, но эти слова вполнѣ обнаружили всю мстительность его характера. Произнося эти слова, онъ такъ страшно прищурилъ глаза свои, что во мнѣ оледенѣла кровь. "Что сдѣлалось съ твоимъ бѣднымъ осломъ?" спросилъ я....
Сквайръ. Ну, что же что же онъ отвѣтилъ?
Мистеръ Дэль. "Изъ него сдѣлали сосиски", отвѣчалъ онъ.