-- Это какимъ образомъ? спросилъ Леонардъ, съ замѣтнымъ усиліемъ сдѣлать возраженіе.
-- Очень просто: задѣваетъ меня за живое и выжимаетъ слезы изъ глазъ.... Да, случай весьма патетичный! я пользую величавое созданіе, которое преждевременно и попустому расточило свою жизнь. Аллопаты кончили съ нимъ все, когда я встрѣтился съ нимъ, и когда онъ находился въ сильной горячкѣ. На время я поправилъ его, полюбилъ его не могъ не полюбить проглотилъ огромное количество крупинокъ, чтобы ожесточить себя противъ него,-- но ничто не помогло.... привезъ его въ Англію съ другими паціентами, которые всѣ (исключая капитана Гигинботома) платятъ мнѣ превосходно. Этотъ бѣднякъ ничего не платитъ, а надобно сказать, что онъ стоитъ мнѣ дорого, если взять въ разсчетъ время, шоссейныя деньги, деньги за квартиру и за столъ. Слава Богу, что я одинокій человѣкъ и могу имѣть лишнія деньги! Знаете ли что: я передалъ бы всѣхъ другихъ паціентовъ аллопатамъ, лишь бы только спасти этого бѣднаго, несчастнаго человѣка. Но что можно сдѣлать для человѣка, на желудкѣ котораго не осталось ни одной тряпички! Стой! вскричалъ докторъ, дернувъ кучерскій снурокъ.-- Это, кажется, тотъ и есть заборъ. Я выйду здѣсь и пройду тропинкой по полямъ.
Этотъ заборъ, эти поля -- о, какъ ясно припоминалъ ихъ Леонардъ! Но гдѣ же Гэленъ? Неужели ей не суждено уже болѣе взглянуть на эти мѣста?
-- Если позволите, и я пойду съ вами, сказалъ Леонардъ.-- И, пока вы осматриваете больного, я погуляю подлѣ ручья, который долженъ протекать здѣсь.
-- Подлѣ Брента? а вы знаете его? О, еслибъ вы послушали моего паціента, съ какимъ онъ увлеченіемъ говоритъ о немъ и о часахъ, проведенныхъ имъ на берегахъ его за рыбной ловлей,-- право, вы тогда не знали бы, что вамъ дѣлать -- смѣяться или плакать. Въ первый день, какъ его привезли сюда, онъ хотѣлъ выйти и еще разъ попробовать изловить своего демона-обольстителя -- одноглазаго окуня.
-- Праведное небо! воскликнулъ Леонардъ.-- Неужели вы говорите о Джонѣ Борлеѣ?
-- Да, это его имя; дѣйствительно мой паціентъ Джонъ Борлей.
-- И онъ доведенъ до этого? Вылечите его, спасите его, если только это въ человѣческой власти. Въ теченіе двухъ послѣднихъ лѣтъ я всюду искалъ его, и тщетно. Я хотѣлъ помочь ему, я имѣлъ деньги, имѣлъ свой домъ. Бѣдный, заблужденный, знаменитый Борлей! Возьмите меня къ нему. Вы сказали, что нѣтъ ни малѣйшей надежды на его выздоровленіе?
-- Я не говорилъ этого, отвѣчалъ докторъ.-- Наука и искусство могутъ только помочь природѣ, и хотя природа постоянно старается поправить вредъ, который мы причиняемъ ей, но, несмотря на то, когда одежда желудка износилась, природа, какъ и я, становится въ тупикъ. Вы ужь въ другой разъ разскажете мнѣ о своемъ знакомствѣ съ Борлеемъ, а теперь пойдемте къ нему въ домъ. Посмотрите, съ какимъ нетерпѣніемъ онъ ждетъ меня, поглядывая изъ окна.
Докторъ отворилъ калитку садика, принадлежавшаго скромному коттэджу, въ который бѣдный Борлей бѣжалъ изъ квартиры Леонарда. Медленнымъ шагомъ и съ тяжелымъ сердцемъ Леонардъ печально слѣдовалъ за докторомъ -- взглянуть на руины того, чей умъ придавалъ блескъ и славу шумнымъ оргіямъ и вызывалъ громъ рукоплесканій. Увы, бѣдный Йорикъ!