И ускользнувъ отъ объятій Лемерсье, маркизъ поспѣшно ушелъ.
ГЛАВА III.
Аленъ достигъ дома гдѣ нанималъ квартиру. Снаружи это былъ красивый домъ, бывшій во времена стараго режима отелемъ знатной фамиліи. Въ бельэтажѣ и теперь были великолѣпныя комнаты съ потолками расписанными Лебреномъ, стѣнами на которыхъ тонкія шелковыя ткани, ихъ покрывавшія, казались и теперь еще свѣжими. Это помѣщеніе занималъ богатый agent de change. Но, какъ и во всѣхъ подобныхъ палатахъ, верхніе этажи были совершенно лишены и тѣхъ удобствъ какія въ настоящее время составляютъ потребность даже бѣдныхъ людей: задняя лѣстница, узкая, грязная, никогда не освѣщаемая, темная какъ Эребъ, вела въ комнату занимаемую маркизомъ, которую могъ бы занимать только бѣцный студентъ или добродѣтельная гризетка. Но для него была особая прелесть въ этомъ старомъ отелѣ, и къ богатѣйшему жильцу не относились здѣсь съ такимъ церемоннымъ уваженіемъ какъ къ жильцу четвертаго этажа. Привратникъ и его жена были Бретонцы, изъ деревни Рошбріана; они знали родителей Алена когда тѣ были молоды; ихъ родственникъ рекомендовалъ Алену отель гдѣ они служили. Когда онъ остановился у ложи консьержа чтобы взять ключъ оставленный тамъ, жена консьержа ждала его возвращенія, непремѣнно хотѣла проводить его со свѣчей до квартиры, затопить каминъ, такъ какъ послѣ теплаго дня ночью завернулъ пронзительный холодъ, что въ Парижѣ чувствительнѣе даже чѣмъ въ Лондонѣ.
Старуха, взбѣжавъ на лѣстницу впереди его, отворила дверь его комнаты и занялась растапливаніемъ камина.
-- Не такъ много, добрая моя Марта, сказалъ онъ,-- этого полѣна довольно. Я былъ сегодня расточителенъ и долженъ теперь поприжаться за это.
-- Господинъ маркизъ шутитъ, сказала смѣясь старуха.
-- Нѣтъ, Марта, я говорю серіозно. Я согрѣшилъ, но я исправлюсь. Ent re nous, другъ мой, Парижъ очень дорогъ когда выйдешь за порогъ дома; я долженъ поспѣшить назадъ въ Рошбріанъ.
-- Господинъ маркизъ долженъ повезти туда съ собою маркизу, прекраснаго ангела, съ приличнымъ приданымъ.
-- Приданое приличное развалинамъ Рошбріана не будетъ достаточно чтобы поправить ихъ, Марта, дайте мнѣ шлафрокъ и покойной ночи.
-- Bon repos, Alle Marquis! beaux r ê ves, et bel avenir.